Книга Город, который нас не помнит, страница 37 – Люсия Веденская, Катя Рут

— Эмми... — Лукас едва заметно дернул ее за локоть. — Не оборачивайся резко. Через дорогу. Слева.

Она замерла, сделала вид, что рассматривает витрину с книгами. В отражении — четко, как в кино — она увидела его.

Мужчина в темном пальто стоял прямо напротив, на противоположной стороне улицы. Не прятался, не делал вид, что куда-то идет. Просто стоял, глядя на здание аукциона — или на них. Под его ногами растекалась тонкая лужа, отражая фонарь, но сам он казался странно… сухим, будто дождь обходил его стороной.

Он не двигался. Даже руки не опустил. Как будто знал, что они его увидят.

— Может, совпадение, — прошептала Эмми. Слишком быстро.

— Или он ждет, пока мы уйдем. — Лукас медленно развернулся, прикрывая ее собой, как щитом. — Нам лучше уходить. Не в метро. Возьмем такси.

— Домой?

— В какое-нибудь людное кафе для начала. Пока не убедимся, что он не идет за нами.

Эмми кивнула, пальцы нащупали в сумке тканевый сверток, как будто проверяя — все ли еще здесь. И в этот момент она поняла, что делает это не из страха потерять вещь.

А из страха узнать, зачем этот мужчина пытался ее получить.

Они свернули с главной улицы, стараясь идти не спеша, не ускоряя шагов. Ветер тянул за полу пальто, листья хрустели под ногами. Эмми снова взглянула в витрину — теперь не книг, а винтажного мебельного салона — и увидела его.

Он шел. Не слишком быстро, не слишком близко, но достаточно явно, чтобы это нельзя было списать на совпадение. Как будто у него было все время мира.

— Он за нами, — прошептала Эмми, не оборачиваясь.

— Я знаю. — Голос Лукаса был ровным, но чуть глуше обычного. — Нам нужно запутать следы.

Он остановился на перекрестке, сделал вид, что проверяет телефон, потом резкоповернулся к Эмми, и почти театрально — словно кто-то мог наблюдать — вытащил у нее из сумки плотный сверток с дневником.

— Отдай. Я отнесу. — Он сказал это громко, почти раздраженно, как будто они спорили. — Вечно ты тащишь все сама.

Эмми поняла игру и молча кивнула. Он убрал сверток в свой портфель и отступил на шаг.

— Ты поймаешь такси и поедешь прямо домой, слышишь? Прямо сейчас. Как только он последует за мной — а он обязательно последует — ты исчезаешь. Я найду тебя позже.

— А если он не...

— Он последует. У нас есть то, что ему нужно.

Лукас уже начал уходить в сторону другой улицы, не оглядываясь. Мужчина действительно свернул за ним. Эмми осталась стоять, дрожа от ветра и адреналина. Она чувствовала себя главной героиней в фильме, в который никто не просил ее играть.

Такси приехало быстро. Она сказала водителю адрес и уже в салоне осознала, что впервые с момента выигрыша дневника осталась без него.

И впервые — без Лукаса.

Уже дома, едва скинув пальто, Эмми села на подоконник, свернувшись, как кошка, с успокаивающем стаканом воды в руках. В квартире было тихо. За окном падал медленный, ленивый снег — хлопья плыли мимо фонарей, как комки ваты в аквариуме. Часы показывали почти одиннадцать.

Она раз десять проверила телефон. Лукас не звонил, не писал. С тех пор, как он свернул за угол, прошло больше часа.

Каждая минута без вестей раздувала тревогу, как воздушный шар — до такой степени, что Эмми хотелось схватить куртку и выбежать обратно на улицу. И все же она осталась. Держалась. Ждала.

Когда раздался звонок в дверь, она подскочила с места так резко, что стакан едва не вылетел из рук. Дверь распахнула буквально за секунду.