Онлайн книга «Пробуждение Оракула»
|
— Я сделаю все, Анна. Все, что в человеческих силах. Я буду тем, кем ты захочешь меня видеть. Я буду носить камни, если понадобится. Только дай мне этот шанс. Я сделаю так, чтобы ты никогда не пожалела об этом решении. Это не было мгновенным примирением. Не было страстных объятий и поцелуев, стирающих все грехи. Это было началом долгой, трудной, кропотливой работы. Работы по восстановлению не дома — его стены можно было починить, — а доверия. Того самого хрупкого хрусталя, что был разбит вдребезги. Они начали с малого. С совместных завтраков. Сначала это были неловкие трапезы под аккомпанемент звoнa ложек о тарелки. Потом они начали обсуждать планы на день. С прогулок втроем с Егоркой в ближайшем парке. Мальчик, видя их вместе, понемногу начал оттаивать. Его заикание стало реже, по ночам он просыпался уже не так часто. С разговоров по вечерам, когда Егорка уже спал. Они сознательно не касались прошлого. Они не вспоминали ни Орлова, ни «Вулкан», ни слежку. Они говорили о будущем. О «Лавке Судьбы». О том, как идет реабилитация у Елены. О том, как Артем, выписавшись из больницы, уехал к сестре в другой город, чтобы прийти в себя. О том, каким человеком они хотят видеть Егорку. О книгах, о фильмах, о простых, бытовых вещах, которые когда-то составляли ткань их нормальной жизни. Максим официально уволился из органов. Официальная формулировка — «по состоянию здоровья». Неофициально — и он, и система понимали, что пути назад нет. Ни он не мог доверять системе, которая породила Орлова, ни система не могла доверять ему, взбунтовавшемуся солдату. Он использовал свои выходные пособия и все сбережения, чтобы стать полноправным соучредителем «Лавки Судьбы». И оказалось, что его аналитический ум, умение планировать, распределять ресурсы и работатьс людьми были как нельзя кстати в запуске небольшого, но амбициозного бизнеса. Он занимался всем, что было не под силу творческим натурам Анны и Елены — договорами, закупками материалов, рекламой, общением с чиновниками. И понемногу, день за днем, лед тронулся. Анна ловила себя на том, что за завтраком она улыбается его неуклюжей шутке. Что вечером, слушая, как он рассказывает о проблемах с поставкой редкой породы дерева для рам, она думает не о «Вулкане», а о своем муже, с энтузиазмом погрузившемся в новое дело. Она видела, как он с невероятным терпением учится отличать акрил от масла, как он гордится, когда ему удается выгодно поторговаться с поставщиком. Он не пытался быть идеальным. Он был просто... настоящим. И в этой подлинности, в этой ежедневной, трудной работе по строительству чего-то нового вместе, таяла ее обида. Она понимала, что прощение — это не однократный акт, а процесс. И она была готова в нем участвовать. -- Открытие «Лавки Судьбы» стало для них не просто запуском бизнеса, а настоящим актом символического возрождения. Это был тихий, камерный праздник, на который не пригласили никого извне. Только свои. Их маленькая, искалеченная, но не сломленная семья. Помещение на Арбате оказалось уютным гнездышком с низкими сводчатыми потолками, кирпичными стенами и огромным окном, выходящим в тихий, мощеный дворик. Алиса, исполняющая обязанности директора и главного бухгалтера, превратила его в пространство, которое было именно таким, каким его представляла Анна, — теплым, живым, наполненным светом и творческой энергией. |