Книга Пробуждение Оракула, страница 69 – Катерина Пламенная

Она повернулась и почти побежала в спальню, захлопнув дверь так, что задрожали стены. Она упала на кровать, вцепилась лицом в подушку и зарыдала, давясь слезами и сдерживая крик. Все было кончено. Окончательно и бесповоротно. Маски сорваны, карты раскрыты. Игра в счастливую семью закончилась.

Она не знала, что стоит по ту сторону двери. Максим остался в прихожей, прислонившись лбом к холодной, гладкой поверхности стены. Его лицо исказила гримаса боли и бессилия. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, и его плечи задрожали от сдерживаемых рыданий.

Он сказал ей правду. Но не всю. Самую удобную для нее и самую безопасную для него часть правды. Он не сказал, что уже почти полгода тайно саботирует приказы Орлова. Что он стирает или смягчает самые опасные отчеты о ее растущей активности. Что он анонимными, шифрованными каналами предупреждал Елену и Светлану о приближающихся плановых проверках. Он не сказал, что его любовь к ней давно перестала быть частью задания. Она стала его проклятием и его единственным спасением, светом в том кромешном аду, в котором он жил.

Но он не мог ей этого сказать. Никогда. Потому что если она узнает, что у него есть слабость, что он не безупречный солдат, она попытается надавить на эту слабость, использовать ее. А это приведет к мгновенной катастрофе. Орлов, с его паутинной сетью слежки, не потерпит и тени предательства. Он должен был оставаться для нее монстром. Ее тюремщиком. Ее главной угрозой. Это была единственная роль, которая могла уберечь их всех от немедленного уничтожения. Пока. Пока он искал выход из тупика, в который сам же и загнал себя.

В спальне Анна утирала слезы. Ее тело била мелкая дрожь, но отчаяние постепенно начало сменяться новой, холодной, кристальной яростью. Он признался. Во всем. Прямо, без экивоков. Теперь она знала наверняка. Не было никаких сомнений,никаких «а вдруг», никакой призрачной надежды на его искренность.

Она подошла к окну и посмотрела на серое, низкое, давящее небо. Где-то там, в этом городе, был Артем, сломленный, но сказавший ей горькую правду. Где-то там были Елена и Светлана, ее сестры по дару и по несчастью, ее единственные союзники. И где-то там, в старом арбатском переулке, была «Лавка Судьбы» — ее единственный шанс не на спасение, а на сопротивление.

Она достала свой старый, «чистый» телефон, купленный за наличные и не привязанный к ней, и отправила Светлане заранее оговоренное сообщение: «Нужна встреча. Срочно. Все раскрылось. Стены рухнули».

Ответ пришел почти мгновенно, будто ее ждали: «Знаю. Чувствую. От тебя идет черная нить, перетянутая в узел. Будь готова. За тобой заедут через час. Говорим с Еленой и Алисой. План «Буря» в действии. Держись, сестра».

Анна выключила телефон, вынула батарейку и спрятала его на дно сумки. План «Буря». Их крайняя, отчаянная мера на случай полного провала и раскрытия. Полная мобилизация всех сил и ресурсов. Они знали, знали с самого начала, что этот день может наступить.

Она начала быстро, почти автоматически собирать тревожную сумку, приготовленную неделю назад. Только самое необходимое для себя и Егорки. Документы, паспорта, заграничные паспорта, которые она тайком оформила полгода назад. Все наличные, что были. Смену теплой одежды. Аптечку. Она должна была действовать быстро. Она должна была забрать сына из садика до того, как Максим или кто-то из его людей успеет отдать приказ его изолировать.