Книга Любовь на Полынной улице, страница 122 – Анна Дарвага, Мария Сакрытина, Анастасия Худякова, и др.

Рета обернулась к ней, всем видом выражая учтивость. Правда, когда во рту для оперативности зажат десяток булавок, с учтивостью сложно. Они с Амалиной пять минут назад обсудили детали заказа, участие Реты больше не требовалось, и она, не теряя времени, вернулась к конкурсному проекту.

Она попала в список участников, запрыгнула в последний вагон. Конкурс оказался тематическим, связанным с морем, и идеи переполняли Рету, однако основную работу никто не отменял.

Краем глаза она контролировала Илли — та кроила накидку для оперной певицы. По задумке, накидка имитировала одновременно крылья бабочки и тонкий стеклянный витраж.

Дина, тоже колдунья, накладывала простые чары на вещи и заготовки. К радости Реты, заказы вроде вечных заплаток по-прежнему поступали, хоть и нечасто.

Доставая булавки одну за одной, Рета наколола на мягком манекене сложную тканевую драпировку. Отодвинулась, оценила ее с другого ракурса. Она добивалась эффекта ожившей волны. Результат не удовлетворил, Рета ткань отколола.

Из-за конкурса ей пришлось столкнуться с неприятной реальностью: статусные клиенты не терпели отказов. Обиды оскорбленной элиты недавно больно ударили по ателье, когда многие отозвали заказы из солидарности с отвергнутойвладелицей выставочной галереи. У Реты уже были закуплены расходники. Элита платила много, но и материалы с арендой стоили порядочно. Рета оказалась в минусе, поэтому не могла самовольно проредить набежавшую очередь без риска вновь попасть в финансовую яму.

Пока Рета все возможные операции переложила на помощниц. Даже еще не согласованное платье Лики перекочевало к Дине. Однако сложные чары разрабатывала и накладывала лишь она.

— Госпожа Мио, — робко позвала Дина, которая раньше зарабатывала примитивным одежным ремонтом, освоенным стихийно. До Реты ее никто не учил. — Госпожа Мио, я дальше без вас никак!

Бросив раздетый манекен, Рета поспешила на помощь.

— Что такое?

Дина указала на разложенные перед ней части жакета-трансформера. Частей было много, вместе они соединялись через карманы подпространства.

— Согласна, с подпространством тебе связываться рано. — Рета прикоснулась к розовой спинке жакета и через несколько минут отпустила ту уже зачарованной. Прошлась по всем деталям, выдохнула утомленно. Она полдня потратила на финальную обработку пары изделий, на последние и самые хитрые чары. Ее подкашивала усталость. — Механизм соединения помнишь?

— Ага! — Пока Рета колдовала, Дина завороженно наблюдала за изменениями материи.

— Отлично, продолжай.

Подхватив черно-розовый ворох рукавов, спинок и полочек, Дина поспешила к машинке.

Внезапно в помещении потемнело, в окна ударил дождь. К середине июня, и без того не жаркого, погода в Стормгавике беспощадно испортилась. Столицу то и дело накрывало ливнями, мостовые затапливало, земляные дороги размывало. Обычно солнце быстро все высушивало, однако, если дождь длился дольше трех дней, жизнь города вставала.

Илли, ворча, принялась зажигать керосиновые лампы, расставленные по залу:

— Опять добираться домой по жиже! Что за дурацкий год? Лет пять так не заливало! Так ведь и отменят все: и фестиваль, и конкурс, и Праздник солнцестояния. С таким солнцестоянием, кроме солнца где-то там за тучками, ничего и не встанет!

Рета закрыла рот ладонью, сдерживая смешок.