Книга Жена Альфы, страница 66 – Клара Моррис

— Ты причина того, что ложь и подлость были вытащены на свет, — резко парировал он. — Раздор был всегда. Просто теперь у него есть имя.

Он снова посмотрел на меня, и его взгляд стал пристальным, аналитическим.

— Они боятся тебя. Знаешь?

— Кто?

— Все. Отец. Анна. Совет старейшин. Они не понимают, что ты такое. Почему я… — он запнулся, подбирая слова, — почему я так реагирую на тебя. Они видят слабую, беззащитную девушку из клана Волковых. А я веду себя так, будто нашёл легендарный клинок. Охраняю. Чищу. Держу при себе. Это их бесит и пугает.

Его слова были как удар. «Чищу. Держу при себе». Я была для него вещью. Ценной, уникальной, но вещью. И это ранило странным образом — больше, чем если бы он просто продолжал мною пренебрегать.

— Может, ты и прав, — прошептала я. — Может, я и есть тот самый клинок, что разрубит вашу стаю.

Он замер. Не от гнева. От неожиданности. Потом его губы тронуло что-то, почти не уловимое — тень улыбки, лишённой всякой теплоты.

— Возможно. Но если это так… то этот клинок теперь в моей руке. И я не намерен никому его отдавать. Ни отцу с его пророчествами, ни твоим сородичам с их интригами.

В его тоне звучала не просто собственническая решимость. Звучал вызов. Всему миру, который пытался диктовать ему правила. И в центре этого вызова стояла я.

Внезапно меня скрутил спазм. Не боли. Тошноты. Резкой, неконтролируемой. Я схватилась за подоконник, глотнула воздух, стараясь подавить подступающую волну. Горло сжалось.

Он заметил. Сразу. Его взгляд стал острым, как бритва.

— Что с тобой?

— Ничего, — прошипела я, отворачиваясь. — Просто… душно.

Он не отвёл глаз. Он подошёл ближе, и его ноздри снова слегка раздулись. Он принюхивался. Не как тогда, в темноте, в поисках угрозы. Иначе. С тем же странным, научным интересом.

— Ты… — начал он, но в дверь постучали.

Вошел один из охранников, выглядел напряжённым.

— Альфа. Отец требует вас в зал совета. Срочно. Прибыли гости.

Виктор нахмурился.

— Кто?

Охранник бросил на меня быстрый взгляд.

— Посланники клана Волковых. Во главе с вашим… шурином. Дмитрием.

Воздух в комнате вымер. Мой брат.Дима. Задира, хитрец и правая рука моего отца. Его появление здесь, сейчас, не сулило ничего хорошего. Они что-то узнали. Или придумали.

Виктор повернулся ко мне. Его лицо снова стало непроницаемой маской лидера.

— Ты не выйдешь из этой комнаты. Что бы ты ни слышала. Понятно?

Я кивнула, не в силах вымолвить слово. Страх, давно знакомый и липкий, снова заполз в грудь. Не за себя. За него. За ту бурю, которая сейчас обрушится на него из-за меня.

Он вышел, бросив на прощание охраннику:

— Никого. Абсолютно.

Дверь закрылась. Я прислушалась к отдающимся в коридоре его шагам, быстрым и решительным. Потом опустила взгляд на свои руки. Они всё ещё дрожали. От тошноты. От страха. От осознания.

Война на пороге. Не с призраками пророчества, а самая что ни на есть реальная — политическая, клановая. И я, как предсказывала старуха, была тем самым клинком, тем самым камнем, брошенным в воду. Круги расходились, захватывая всё больше и больше людей.

А ещё было это странное чувство внизу живота. Не боль. Нечто иное. Тяжесть. Или натянутая струна. И эта дурацкая тошнота по утрам, на которую я боялась обращать внимание.

Я подошла к зеркалу, впервые за долгое время внимательно глядя на своё отражение. Бледное лицо. Синяки под глазами. И… что-то в глазах. Не сломленность. Глубина. Та самая, которая появляется у людей, заглянувших в самое пекло и вернувшихся обратно. С шрамами, но живыми.