Книга Молчание греха, страница 183 – Такэси Сиота

Однако на странице перед рисунком Рё была интересная запись.

Куроки – «Синема», Конака – «Дантес», Одзаки – «Литературный музей».

В этой записи, похожей на какой-то код, он обнаружил фамилию Одзаки. Смысл записи был непонятен, но не возникало сомнения, что речь шла об инциденте.

Чем больше узнавал Такахико, тем сильнее становились его подозрения.

Имя Масао, проблемы у его родителей, проживание в Токио – все, что сказал Масахико, было ложью.

В газете было пояснение по поводу пресс-соглашения. Причины расторжения соглашения заключались в том, что с момента похищения Рё Найто прошел определенный период времени, что приготовленные для выкупа деньги были найдены и доставлены в полицию как потерянное имущество, а контакты со стороны преступников прекратились, ввиду чего полиция перешла к открытому расследованию.

Юми принесла газету, оставленную в столовой, и подозрительно взглянула на него.

– Послушай, а фотографии Рё тут нет…

Услышав это, Такахико впервые осознал нечто важное. Нет смысла называть имя, не давая фотографии. Реально ли провести открытое расследование без фотографии самого потерпевшего?

Пока действовало пресс-соглашение, Такахико и Юми, ничего об этом не знавшие, мирно проводили время с внезапно появившимся ребенком. Это было новое, захватывающее и насыщенное время. Мирное общение с мальчиком, любящим рисовать. Это не имело никакого отношения к похищению, о котором они сейчас узнали. Однако на самом деле ситуация, становившаяся все яснее с появлением новых и новых свидетельств, была жестоко реальной. Такахико был загнан в угол, откуда он не мог убежать, и не оставалось ничего другого, кроме как признать это.

Их Рё – это Рё Найто.

Юми взяла Такахико за руку и потащила его к входной двери.

– Нам нужно о многом подумать, но одно можно сказать наверняка: здесь опасно находиться. Если ты вернешь его Масахико, он его убьет, – сказала Юми и сильно сжала руку Такахико.

* * *

Два часа спустя Такахико уже был в поезде, направлявшемся в Иокогаму.

Почувствовав опасность, они решили запихнуть в оставленную Масахико машину как можно больше картонных коробок, и Юми отвезла Рё в их новый дом, а Такахико направился в Иокогаму. Необходимо обратиться в полицию как можно скорее. Такахико и Юми были в этом едины. Однако, самое главное, с Рё было не все так гладко.

– Вернемся к маме и папе.

Когда Юми сказала ему это, он напрягся и покачал головой.

В этой тяжелой ситуации с похищением его невозможно было дольше держать у себя. Юми продолжала его уговаривать, но от этого Рё все больше возбуждался; он уже не молчал, как обычно, а не сдерживаясь кричал: «Нет, нет!»

Удивленный этой реакцией, Такахико вспомнил странное чувство, которое он испытал, читая газетную статью. Хотя фамилия матери, Хитоми Найто, совпадала с фамилией Рё, о матери, которая должна бы быть главной героиней статьи, написали очень мало. А о его отце вообще не было никакой информации. Да, естественно, что в центре внимания оказался дедушка, который нес выкуп, но почему так мало информации о родителях мальчика? Причина, по которой не напечатали его фотографию, становилась понятна.

Такахико протянул альбом и карандаш Рё, который устал от слез и притих. Сначала он думал попросить его нарисовать план местности вокруг его дома, но маленький ребенок вряд ли смог бы это сделать. Он знал только, что неподалеку от дома был супермаркет «Кятти».