Онлайн книга «Охота на волков»
|
Тот, не выключая мотора, послушно прогревал его и настороженно прислушивался к звукам, доносящимся до него. Лицо Федорчука было бледным, потным, в глазах подрагивал водянистый, готовый обратиться в слезы страх. Увидев Бобылева, Федорчук рванулся к нему из-за руля: – Ты? – Нет! Мишка Япончик! – яростно выдохнул Бобылев. – Чего там у вас? – Лицо Федорчука, помимо бледности, обрело страдальческое выражение, в уголках рта заблестела слюна. – Смываемся! Федорчук покивал послушно, мелко, дрожащей рукой включил первую скорость, но Бобылев осадил его: – Погоди! Дай бронетранспортеру пройти… Скажи, здесь никакой объездной дороги нету? Вбок, а? По кустам? – Нету. – Тьфу! Точно знаешь? – Сам с Афганцем проверял… Я же здесь был, специально проезжал. – Влипли! – Бобылев огляделся зло. Деревца, кусты, росшие рядом, затрепетали, задергались – в нескольких метрах отсюда прополз невидимый, оглушающе взревывающий двигателем бронетранспортер, и Федорчук вопросительно глянул на Бобылева: – Пора? – Пора! – сказал тот. – Только целься так, чтобы нам выскочить к самой горловине дорожки… Чем дальше от бронетранспортера – тем лучше. У Бобылева мелькнула мысль, что можно было бы вообще нырнуть на территорию академии, проскочить ее насквозь – наверняка на той стороне угодий есть выезд, какие-нибудь служебные ворота, которыми можно воспользоваться, но Бобылев осадил себя: искать что-либо поздно. – Понял! – запоздало отозвался Федорчук, с места дал газ. Действовал он машинально, наверное, он так же бы действовал и на трассе, тем более в мозгу у него все раскисло, превратилось в кашу, такой мозг не мог родить ни одной мысли и управлять человеком не мог, но оказалось, что человеческое тело могло совершенно сносно обходиться и без головы… Руки Федорчука цепко держали руль, когда надо было, правая привычно обхватывала головку рычага скоростей, передвигала ее, ноги также действовали без всяких подсказок, давили то на сцепление, то на газ, то на тормоз… Они благополучно прошло полосу кустов, выскочили на дорожку, и тут Федорчук выжал из «Жигулей» все что мог, пулей проскочил к следующим воротам, которые имелись в ограде, и облегченно вздохнул: – Все! Но было еще не все, слишком рано он обрадовался свободе – вторые ворота охраняли автоматчики, двое молодых ребят в серых, обтянутых милицейской тканью бронежилетах, в касках. Один из автоматчиков кинулся наперерез жигуленку: – Стой! Федорчук дернулся, глянул беспомощно на Бобылева. Тот бросил, не разжимая губ: – Вперед! Дав газ, Федорчук чуть не сбил автоматчика с ног, пронесся в нескольких сантиметрах от него, и Бобылев прохрипел недовольно: – Напрасно не сбил. Надо было уложить этого петуха… Сзади щелкнул одиночный выстрел, за ним ворой, Федорчук привычно приподнялся на сиденье и неожиданно начал заваливаться на руль. Из горла у него выпростался какой-то пузырь, громко лопнул, звук его был сильнее звука мотора, Федорчук захрипел, вильнул рулем в сторону, и Бобылев, не удержавшись, схватился пальцами за баранку. – Ты чего? Он глянул на водителя, встретился с ним глазами и вздрогнул – Федорчук смотрел на Бобылева в упор и не видел его, глаза у шофера были мертвые, уже отключившиеся. Одинокая пуля, выпущенная автоматчиком, попала Федорчуку в затылок. – Федорчук! – неверяще выкрикнул Бобылев. – А, Федорчук! |