Книга Игра перспектив/ы, страница 44 – Лоран Бине

Теперь картину ищут по всему городу, а она никуда не делась. Грех жаловаться, трюк мастерский, но, как видите, синьор Строцци, королеве Франции придется еще немного подождать, прежде чем она получит своего Понтормо.

Флоренция, 20 февраля 1557

Пришла мне на память история прежних времен, которую я поведаю вам, мадам, ради вашего блага и, быть может, моего собственного: был один молодой человек, он сбежал от междоусобицы в Англии, где был менялой, и подался во Флоренцию повидать своих дядьев. Вышло так, что путь его лежал через Брюгге, где он встретил молодую англичанку, она тоже бежала из родных мест по причине, которую сохраняла в тайне, как и свое имя, ведь облачена она была в одежды аббата. Молодые люди подружились, решили вместе продолжить путь до Италии и как-то раз остановились на постоялом дворе, где было полно народу, так что им пришлось разделить последнюю свободную постель, какая была у трактирщика. Когда юноша обнаружил, что вместо аббата на его ложе женщина с округлыми, упругими и нежными грудями, она поведала ему о любви, воспламенившей ее за время их странствования бок о бок, отчего он ощутил живейшую радость и, ничего больше о ней не зная, согласился взять ее в жены. Сидя на кровати перед картиной, изображавшей Господа нашего, и надев ему на палец кольцо, она сделалась его супругой. А потом, соединившись в тесных объятиях к величайшему взаимному удовольствию, они всю ночь предавались утехам.

Дева была ни больше ни меньше дочерью английского короля, которую отец хотел выдать за короля Шотландии, глубокого старика: потому она и бежала, переодевшись мужчиной, и, прихватив с собой часть королевских сокровищ, направилась в Рим, чтобы пасть на колени перед папой. Когда ей и в самом деле случилось предстать перед понтификом, она попросила его открыто освятить ее брак, заключенный с молодым флорентийцем перед лицом одного лишь Господа. Понимая, что назад пути нет, его святейшество соблаговолил откликнуться на ее мольбу, провел церемонию венчания и отпустил молодых людей, перед этим их благословив. Молодой меняла и принцесса изволили побывать во Флоренции, а затем прибыли в Париж, где их с почестями принял король Франции. Оттуда два рыцаря из свиты дамы выдвинулись в Англию, чтобы хлопотать о ней перед королем, да так успешно, что тот сменил гнев на милость и принял ее с ликованием, как и своего зятя. Вскоре он торжественно произвел его в рыцари и подарил графство Корнуолл. Молодой человек проявил себя так достойно, что примирил отца с сыном и положил конец войне, что во многом пошло на благо острову, а ему принесло почитание и любовь всех жителей.

Надеюсь, мадам, что вы так же, как и я, оценили эту правдивую историю, пусть она подскажет вам, как следует поступить, и вдохновит на предстоящие решения.

22 февраля 1557

Простите, тетушка, снова я к вам пишу, уж очень мне надо с кем-то поговорить, с тем, кому я могу… кому осмелилась бы открыться. Вы ко мне так добры! А мне так нужны ваши советы. Кавалер Малатеста уговаривает меня скорее покинуть вместе с ним Флоренцию, словно я воровка. Он уверяет, что картина в надежном месте. Что делать? Я дочь герцога, а не преступница. Как же быть? Скитаться по большим дорогам, бежать, бродяжничать? Предать отца? Не пожалеть мать, которая умрет от горя? Уверена, она не переживет потерю даже одного из своих детей. На самом деле, что мне эта картина. Будь что будет. Я Медичи. Принадлежу своей семье, роду, Флоренции и Богу.