Книга Мы придём из видений и снов, страница 203 – Яна Вуд

– Всему свое время, – ответил Найши. – Сейчас меня больше волнует то, что камни у химеры. Это значит, она попытается поднять всех поветрий. И тогда наш мир уже ничто не спасет.

– Но как мы можем помешать? – вопросил Мар.

– Камень не может перенести нас на остров в замок химеры, – задумчиво проговорил Найши. – С островом, где покоятся поветрия, та же история. Хотя мне известно, где его искать.

Раг шагнул вперед.

– Драконы могли бы перенести всех туда. Тебе лишь нужно указать путь. Или же мы можем попробовать использовать артефакт драконов.

Найши с готовностью кивнул.

– Надо поторопиться.

– Поздно торопиться, – вдруг проговорила Улла, и все обернулись к ней. – Пришло время горя напиться.

Глаза девушки смотрели в никуда. Лицо Фэйра дернулось от боли. Ему всякий раз было невыносимо видеть ее такой, пустой, точно кукла, за ниточки которой дергает неведомый безжалостный кукловод.

Целитель подскочил к ней и обхватил ее лицо руками, заглянул в глаза, отчаянно силясь разглядеть в них хотя бы крупицы другой, живой Уллы.

– Посмотри на меня, – прошептал он, ласково и легонько ее встряхнул, но лицо девушки осталось бесстрастным.

– Первородная Тьма приняла жертву, – прошептала Улла. – Время пришло.

А в следующий миг лагерь мятежников наполнился криками. Кричал пастырь Найши. Кричали все прочие пастыри. Кричала и Хейта. Это был не просто отчаянный крик, нет, он был обезумевшим, душераздирающим, точно тело девушки рвали на части тысячи острых когтей. Брон в ужасе обхватил ее руками, не ведая, что предпринять. Казалось, весь мир стал одним нескончаемым воплем.

– Что происходит? – заорал Мар, отчаянно зажав ладонями уши.

Раг держал тело пастыря Найши, не позволяя ему биться о землю, чтобы тот не покалечился. Брон прижимал к себе Хейту, лицо оборотня искажала гримаса страдания. Девушка билась в жестоких судорогах, ее отчаянный крик срывался на хрип. Фэйр пытался помочь им, кропил какой-то водой, разбрасывал вокруг травы, но ничего не помогало. А потом все неожиданно прекратилось. И лагерь залила до одури пугающая тишина.

Мар неуверенно отнял ладони от ушей.

– Что это было? – ошарашенно вопросил он.

Раг помог пастырю Найши подняться на ноги. Он был все еще бледен, тело его подрагивало, а зубы часто стучали, но, сделав усилие над собой, он тихо заговорил:

Волшебная сила пастырей и Чар – это небесный свет. Первородная Тьма же – полная ему противоположность. Когда в наш мир проникает лишь ее малая часть, все, кто владеет волшебством, этого обычно не замечают. Но если Тьмы много, это заставляет кровь тех, в чьих жилах струится волшебство, буквально пылать от ужаса, как если бы она вскипала изнутри.

– Что ты хочешь сказать? – нетерпеливо оборвал его Раг.

Найши вскинул на него горькие глаза.

– Улла была права. Мы опоздали. Химера возродила поветрий.

* * *

Рукс смотрела на то, что творилось на острове, отказываясь верить своим глазам. Ее резко замутило от этого действа, от химеры, от самой себя, обостренным зрением лиса-оборотень видела всех, кто находился на острове.

Большинство было одето в исподнее – химера забрала людей прямо из кроватей, из собственных домов. Их взгляды не выражали ровным счетом ничего, но Рукс чувствовала, как рвалась наружу их истинная суть, запертая волей химеры.

Мужчины, женщины, дети, некоторые были даже младше Рукс, когда она попала на Подгорную бойню. Нити их жизней могли бы виться еще долго, в горестях и радостях привольной островной суеты, но химера решила за них иначе.