Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 127 – Эдди Кан

– Скажи, – напомнила она с дрожью в голосе.

– Демон умрет, если расторгнет контракт.

Голос Джина начал приятно вибрировать из-за сбившегося дыхания. Мирэ нравилось, как Сонг менялся рядом с ней, становясь из холодного и непроницаемого мужчины распаленным и нетерпеливым демоном.

– Хочешь расторгнуть сделку? – испытующе спросил он ее в губы, и в следующий миг Мирэ почувствовала его руку на своем животе.

Перебирая пальцами, Джин спустился вниз по животу и наконец коснулся чувствительной точки в складках половых губ. По телу Мирэ словно прошелся заряд. Она выгнула спину и широко открыла рот. Вспышка ощущений ослепила ее. Мирэ запнулась на полуслове, совсем забыв, что хотела ответить.

– Я тоже думал об этом, – признался Джин, массируя чувствительные участки. Мирэ слышала его будто издалека, хватаясь для равновесия за стену. Удовольствие волнами прокатывало по ее телу, мешая здраво мыслить. – Ты будешь жить, – вкрадчиво проговорил он низким голосом, отчего Мирэ задрожала. – Не знаю, как, но я изменю условия сделки.

– Когда мы ее заключали… – Она запнулась и закусила губу, пытаясь восстановить дыхание. – Ты сказал, что исчезнешь из моей жизни, стоит нам выполнить обязанности сторон… – С губ Мирэ сорвался стон, она глубоко задышала. – Не уходи… Пожалуйста. Я не хочу снова бояться.

Сонг убрал пальцы от ее чувствительного места и, скользнув ладонями по внутренней стороне бедер, мягко обхватил Мирэ под ноги, поднимая ее.

– Тебе нужно только попросить.

Немного оттолкнувшись, Джин позволил ей отстраниться от стены, и Мирэ сползла по ней вниз, чувствуя, что опустилась точно на бедра Сонга. Она беззвучно ахнула. Вдоль позвоночника словно пробежал разряд, когда Мирэ почувствовала, как Джин вошел в нее. Настойчиво, но не грубо. Мирэ крепко стиснула пальцы, сжимая его плечи до скрипа кожи. Она застонала, запрокинув голову навстречу воде…

* * *

В чувство Мирэ привел негромкий сигнал телефона. С трудом разлепив один глаз, она поморщилась, окидывая свою комнату подозрительным взглядом. Как оказалась в постели, Мирэ не помнила, но, почувствовав под головой мужскую руку, постаралась не задаваться вопросами. Пары секунд бестолкового наблюдения за потолком ей хватило, чтобы в памяти постепенно восстановились события прошлой ночи. Мирэ прикрыла глаза и зарылась с головой под одеяло, скрывая слабую тень улыбки. Вопреки своим тщетным ожиданиям, она ни разу не устыдилась за свое поведение.

Перегнувшись через Мирэ, Джин взял с края тумбочки вибрирующий смартфон и открыл мессенджер, который разрывался от сообщений.

– Сонмин ждет нас в участке, – голос Джина снова был полон прохладного спокойствия.

Ощущение блаженства и безмятежности треснуло, как некачественная керамика при обжиге в печи. Следы улыбки и иллюзия покоя рассыпались.

Мирэ села в кровати, опустив взгляд на торс Джина. Она провела пальцами по корке на его коже, которая покрыла глубокий след от пули.

– Почему рана не исчезла? – спросила Мирэ, помня, как умоляла Джина исцелить себя. Почему он ничего не сделал? Если след все еще был на нем, значит ли это, что Сонг не смог использовать силу? Ничего хорошего это не означало.

Сев в кровати, Джин аккуратно коснулся щеки Мирэ.

– Не беспокойся об этом. Пора вставать, – улыбнувшись, он провел большим пальцем по ее скуле. У них не было времени поговорить о вчерашнем, и события прошлой ночи остались в воспоминаниях, как и многие другие вещи, которые они просто не успевали друг другу сказать.