Книга Песни хищных птиц, страница 157 – Рия Альв

Рука Фэя замерла перед самым большим созвездием. Сотнями знаков, срощенных и связанных меж собой его магией, его волей и желанием. Он не колебался, просто раздумывал, как сделать это лучше. Леди поняла, что сейчас случится, и затаила дыхание.

Пальцы Фэя погрузились глубже в межзвездную тьму, ухватившись за хвост созвездия, как за нитку воздушного змея, и потянули. Небо содрогнулось. Зазвенело сотней серебряных колокольчиков. Чистый и ясный холодный звук. Радостный предсмертный плач.

Небо засмеялось, заплакало и рухнуло.

Звезды срывались с него сияющим дождем, каскадом битого стекла, расколотого льда, отражающего холодный ослепительный свет. Серебряный звон и серебряный блеск. Острые края звезд рвали небо на части, оставляя на нем сияющие полосы. Они вспыхивали на мгновение и гасли, гасли, гасли.

Пока вокруг не стало совсем темно. Лишь камень в перстне сверкнул напоследок светом всех этих звезд разом.

Леди вздрогнула и очнулась. Ладонь Фэя опустилась. Она снова увидела себя в его глазах. Пораженную, восторженную.

– И как рушилось последнее из моих чудес? – с мягкой улыбкой повторил вопрос Фэй.

– Так же, как умирают миры, светлые боги и фениксы, – прошептала Леди, – не навечно.

– Когда так говоришь ты, я в это верю.

Леди посмотрела в его глаза глубже, за свое отражение, гораздо глубже. Эта синева заворожила ее сильнее слов, сильнее магии, сильнее смерти. Песня, бившаяся птицей в своды храма, больше не доводила Леди до безумия, хотя все еще почти оглушала.

Пусть Леди и знала, что на самом деле в комнате стоит полная тишина.

* * *

Небо над Рейнгардом было холодным и тяжелым, точно железный купол. Казалось, вот-вот снова пойдет дождь. Наверное, именно этого все и боялись. Для рейнгардцев такое поведение было, мягко говоря, необычным, но только так Сейлан могла объяснить почти полную пустоту главных улиц.

– Мы что-то ищем, миледи? – осторожно спросила Лейси, шедшая сзади.

Сейлан лишь неуверенно дернула плечом и поправила капюшон, который чуть не сдул налетевший порыв влажного ветра. Они проходили мимо храма Моры, и Сейлан, бросив на него короткий взгляд, тут же еще глубже спрятала лицо. Это вытянутое здание из молочно-белого камня, вросшее в землю контрфорсами, всегда напоминало ей вырванную грудную клетку огромного дракона.

– Я хочу посмотреть и подумать, – ответила Сейлан после продолжительного молчания. А потом скривилась, поняв, насколько же в духе Сивиза был ее ответ.

– О чем вы хотели под… – Лейси громко чихнула и тут же смущенно извинилась. За ночь она каким-то образом успела простудиться.

Вырвав ее из кровати, Сейлан сначала отправила Лейси к Уртике, но кабинет был закрыт. В замке вообще не осталось ни одного лекаря, по приказу Лорда они оказывали помощь пострадавшим от ядовитого дождя в городе. Так что Лейси пришлось и дальше чихать и кашлять. Сейлан было жаль ее, но она совершенно ничего не смыслила в целебной магии.

– О чем вы хотели подумать, миледи? – голос Лейси довольно сильно охрип.

– Для начала о твоем здоровье, – заявила Сейлан. – Нужно найти где-то аптеку. Аптекарь, конечно, не заменит полноценного лекаря, но уж с простудой, думаю, справится.

Щеки Лейси заметно покраснели. Может, у нее начинался жар? Только этого не хватало!

Они вышли на главную площадь – тоже совершенно пустую. Сейлан никогда не видела ее такой. Она всегда называла Рейнгард скучным и серым, но в действительности он таким не был. Его цвета были не блеклыми, а нежными, как полупрозрачная акварель. Обычно витражные окна в храмах Дейфрита и Витар, стоящие друг напротив друга на разных концах площади, отбрасывали на темную, влажную от дождя брусчатку золотые и зеленые блики. Свет их глянцевым блеском растекался по камням, причудливо преломлялся в хрустальной чаше огромного трехъярусного фонтана. Но сегодня фонтан молчал, а витражи храмов были темными, словно изнутри их завесили плотной тканью, а по камням растекался лишь неясный силуэт самой Сейлан и тень Лейси чуть позади.