Книга Песни вещих птиц, страница 69 – Валерия Скритуцкая

– Надо скорее войти внутрь, – сказал Лёша, – задохнуться можно… Отдадим твоё последнее кружево и прочь отсюда. Слышишь, Дивья?

Он почти не видел её, только едва мерцали волосы.

– Да, – слабо отозвалась она. – Я… я не могу. Лёша, я не могу.

– Это тот самый замок, да?

Он догадался сразу, как только увидел его. Нет, даже раньше – когда заметил страх в глазах Дивьи. Или ещё раньше, когда она настаивала, чтобы он уходил и не оборачивался. Или ещё раньше.

Она молчала. Только бы не потерять её хрупкую руку. Он сжал ладонь крепче.

– Скажи… Ты уже была здесь?

Душно стало не только телу, но как будто и мыслям. Они крутились вокруг одного и того же. Конец, здесь конец, отсюда нет выхода, вся жизнь, куда бы ты ни бежал, что бы ни делал, приведёт сюда. Все мечты тщетны, все порывы тщетны, все желания глупы – исход один, и здесь ты задохнёшься… До отчаяния хотелось выкарабкаться из этой ямы, вернуться в жизнь – яркую, свежую, ароматную.

– Это мой дом, – ответила Дивья наконец и попыталась высвободить руку, но Лёша потянул её к себе. Он не понимал, что делает. Руки прошлись по спине, по искрящимся волосам, он зарылся в них лицом, прошептал на ухо:

– Мы можем не заходить так далеко… Не отдавать кружево.

– Не можем, – прошептала она в ответ. – Это судьба, и от неё так просто не избавиться, понимаешь?

Их лица были близко-близко. Он почти касался губами её щеки, ощущал кожей её дыхание.

– Но мы выйдем оттуда вдвоём, Дивья. Мы оба уйдём и не обернёмся. Пообещай.

Он потянулся к её губам, но тут же отпрянул – грудь обожгло. Оберег в виде молнии плавил кожу, выжигая всю страсть, возвращая разум. Воронка росла, опускалась прямо на них. Рыбы скатывались в водоворот, пучина вот-вот поглотила бы всё вокруг.

– В замок, – скомандовал Лёша. – Мы должны отдать чёртово кружево и бежать.

– Как верно…

– Что? Что ты говоришь?

– Как верно ты всегда подбираешь слова.

«Плети-плети кружево, сестра моя… Кружево белое, как одеяло снежное… Одеяло снежное… Сестра моя…»

Кучка из плевел собралась на краю стола, жёлтое продолговатое зерно заполняло всю поверхность. Не пропустила ли чего? Надя взяла перо, провела над столом, чтобы осветитьярче. Если всё готово, остаётся самое простое – сварить обед «как подобает»… Вглядевшись в зерно, она невольно ойкнула. Кот лениво поднял голову. Неужели Надя своими руками случайно сложила узор? Нет, конечно, ей такое не под силу.

– Это замок! – сказала она коту, будто тому было интересно. – Довольно мрачный. Он как будто отражение дома в воде, смотри. Только разве может отражение быть таким непохожим? Его будто искажает вода или…

Кот навострил уши – видимо, всё-таки заинтересовался.

– А точно замок отражается? Или это дом – отражение? А на крыше у дома – петух… Это же наш. Что всё это значит? И деревья ещё кругом, корнями вверх и корнями вниз…

Кот встал и противно мяукнул.

– Ах ты, дурилка! – прищурилась на него Надя. – Думал, я не справлюсь, да? Думал, не пойму задание? Сварю кашу и на этом провалюсь? Я ведь сразу сказала, что давно всё поняла.

Кот смотрел с сомнением.

– Я, вообще-то, капитан школьной команды по «Что? Где? Когда?».

Кот дёрнул хвостом.

– Ну, может, не совсем всё понимаю… Насчёт замка не пойму, тут ты прав. Но про корни… А ну-ка, мы сейчас поищем…

Она решительно направилась к коту, вернее, к тому, что он охранял всё это время. Кот спрыгнул, и Надя развязала мешок, полный корнеплодов – морковь, свёкла, редька.