Книга Размножение, страница 114 – Тим Каррэн

– Бог не будет тем, кто призовет тебя. Ибо имя твое трижды произнесут древние дивиллы. Соберись во имя их и отдай им то, что принадлежит им… и только им…

Койл слушал эти слова и понимал, что именно они были вырезаны или выжжены на стене комнаты Слима, но в то же время сомневался, потому что это было невозможно. Женщина не только произнесла эти слова, но и договорила; она знала то, что не было написано.

Она не могла это произнести, идиот. Она не могла этого знать.

Он решил, что у него галлюцинации.

Вернулось ощущение реальности, все стало невероятно живым и ярким, но Койл мог только смотреть на это злобное, ухмыляющееся лицо и невидящие, потускневшие глаза. Каждый дюйм его тела покрылся мурашками. Ему показалось, что он вот-вот потеряет сознание.

– Что, черт возьми, ты сказала?

Женщина улыбнулась, и в воздухе снова раздался электрический треск.

По комнате прокатилась дрожь, опять послышались далекие звуки, отозвавшиеся эхом. Койл различал в этом шуме что-то непонятное: жуткие и резкие писклявые звуки, жужжание, глухой болезненный вой. Койл подумал, что так мог бы звучать крик кузнечика.

Гвен завопила, Эйк в коридоре начал молиться.

Вокруг летали бумаги, со стен срывались схемы, на окне в противоположном конце комнаты появились трещины, и оно разбилось, разбрасывая осколки стекла и впуская в помещение морозный воздух.

И потом это прекратилось.

Прекратилось все.

Гвен быстро и глубоко дышала.

– Что за бред? – спросила она. – Кто эта женщина?

– Я думаю, ее зовут Челси Батлер, – сказал с порога Особый Эд. – Она космолог из исследовательской станции «Маунт Хобб». Одна из пропавших.

Женщина посмотрела на Койла, злобное выражение ее лица исчезло. Губы дрожали, глаза перестали быть бесцветными, теперь они стали зеленоватыми. Она всхлипывала и говорила с трудом, с паузами.

– Я… не знаю, что со мной случилось, – смогла произнести она. – Не знаю, где я была… Не знаю, кто я…

В лаборатории продолжало становиться холодней.

Гвен достала аварийное термоодеяло и завернула в него дрожащую женщину. Появились Крайдерман и Шин и удивленно уставились на представшую картину. Гвен вышла и вернулась с листом картона. Койл и Крайдерман закрыли им разбитое окно.

Появился Хоппер.

– Боже мой! Что здесь происходит? Кто эта женщина? Откуда она взялась? Что творится в этом месте? Мне нужны немедленные ответы! Кто-нибудь может мне объяснить?

– Никто не может, – ответила Гвен. – Ее нашел Эйк. Я была первая, кто зашел к нему, поэтому увидела. Но, кроме этого, я ничего не знаю. Думаю, вам стоит спросить ваших друзей на «Колонии».

Хоппер осмотрелся, словно в поисках протокола, который подскажет, что ему делать.

Койл поднял Батлер на ноги.

– Ее лучше доставить в медицинский отсек.

Женщина едва могла идти, поэтому Койл подхватил ее, завернутую в одеяло, и понес к двери. Она была без сознания. Ее голова болталась, как на сломанной шее.

– Может, ты права, – сказал Койл Глен. – Может, стоит позвонить на станцию «Колония». Возможно, у них есть ответы, потому что Батлер не могла прийти сюда с «Маунт Хобба».

На электростанции Стоукс открыл глаза.

Он дежурил, проверял работу генераторов и бойлеров. Как обычно, он задремал в контрольной рубке.

Но что-то его разбудило.

Какой-то скрежет.

Стоукс не пошевелился. У него возникло ощущение, что он не один. Кто-то здесь был и наблюдал за ним.