Книга Размножение, страница 112 – Тим Каррэн

…выползающие из его глаз, как толстые, извивающиеся змеи, пахнущие мускусом и отвратительные. Ползающие в его мозгу, кусающие и жующие, они гнездились в тенистых уголках его мертворожденной души, откладывали яйца и заражали его своим потомством, и детеныши вылуплялись горячими дергающимися петлями, отравляя и загрязняя, плодя ядовитую жизнь и заполняя его собой, пока он не погрузился в них.

Погрузился в зеленое вязкое море, утонул в смертоносной безбрежности улья…

И когда его разум отравляли, когда из него вырывали кровавые куски, он слышал голос, кричащий наперекор гудящему центральному разуму всех их.

Меня зовут Слим, меня зовут Слим… Глен, Глен, Глен Ардозио! Я не часть вас! Я не часть того, что вы есть! Вы не можете забрать меня! Не можете завладеть мной! Я это я! Я! Я! Я ЭТО Я, И ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ЭТО СДЕЛАТЬ НЕ МОЖЕТЕ ЗАВЛАДЕТЬ ТЕМ ЧТО ЕСТЬ Я Я Я…

И потом, когда Слим вырвался на поверхность этого застойного грязного пруда, он открыл глаза и увидел, что он один. Он не оправился от того, что здравомыслящий человек мог бы счесть психическим групповым изнасилованием, просто сидел в темноте.

И медленно, очень медленно на его лице расплывалась гротескная и непристойная ухмылка, устремляясь к тому, чем Слим теперь был… белым, наполненным газом трупом, всплывающим на поверхность черного озера.

Когда Койл открыл глаза и потер их, прогоняя сон, он увидел Гвен. Но это была не обычная Гвен, пришедшая с бутылкой вина и страстным выражением в глазах. Эта Гвен была напряжена, испугана и с трудом балансировала на грани.

– Ники, вставай! Немедленно тащи свою задницу в «космолуч», – сказала она, почти задыхаясь. – Там что-то странное творится.

– Что?

Но она уже исчезла.

Койл оделся, рукой пригладил волосы, обулся и надел парку. И выбежал в коридор, внутри у него все сжалось.

«Космолучом» называли лабораторию нейтрино и космических лучей, и туда можно было попасть по идущему от купола туннелю в сто футов длиной. Когда Койл бежал мимо общего помещения, там Крайдерман и Дэнни Шин играли в морской бой.

– Эй, Ники! – окликнул его Крайдерман. – Где пожар, приятель?

Койл бежал по коридору Г, где размещались биологическая и геологическая лаборатории, лаборатория по изучению кернов и несколько комнат, в которых работали умники. И вышел в туннель, который не отапливался. Это напоминало прыжок в горное озеро в январе. В конце туннеля, прислонившись к электрическому кабелю, идущему от купола, ждала Гвен.

– Идем, Ники, – сказала она. – Это какое-то жуткое дерьмо.

Он вслед за ней прошел в дверь и почувствовал какой-то разряд, от которого волосы на затылке встали дыбом. По Койлу прокатилась волна ужаса и отчаяния, едва не опрокинув ударом. Она возникла и тут же исчезла. Но после нее осталась просто сокрушительная тревога.

Здание лаборатории космических лучей было разделено на полдюжины помещений, окружающих саму лабораторию и заполненных запасными частями и разным хламом. Лаборатория работала автоматически, и сюда приходил только Эйк, чтобы переписать данные на диск.

Детекторы нейтронов были разработаны для того, чтобы следить за радиацией на атомных электростанциях, но здесь они использовались для наблюдений за космическими лучами. Космические лучи со скоростью света ударялись о верхние слои атмосферы Земли и здесь распадались на субатомные частицы. Детекторы космических лучей были чувствительны только к нейтронам, и, подсчитывая насыщение нейтронами, можно было наблюдать за солнечной активностью. Не все космические лучи исходили от Солнца, некоторые – от сверхновых звезд и центров далеких галактик. Компьютеры с удивительной точностью отслеживали их траектории.