Книга Размножение, страница 206 – Тим Каррэн

Рот Кэсси был как черная сморщенная червоточина, она открыла его и заговорила пронзительным, диссонирующим голосом – отчасти маниакальный смех, отчасти трещотка, отчасти шипение паровой печи.

Они не слышали, что она говорит: по-видимому, окружающее ее поле не проводило звук.

Чем ближе она подходила, тем холодней становилось в комнате. Какая-то эндотермическая, отбирающая тепло реакция: Кэсси высасывала из них энергию, чтобы приобрести форму и способность двигаться.

Их спас Фрай.

Он схватил свисающую с потолка трубу и обрушил на нее, заземлив, как это сделал со Слимом.

Эффект был мгновенным.

Кэсси испустила скрежещущий вопль, как сверло, проходящее сквозь металл. Последовала яркая вспышка, затем грохот, и все упали… вихри метались по комнате, воздух заполнили частицы льда, изморози и горящие клочья того, что когда-то было Кэсси Мелоун.

– Сгорела, – сказал Фрай, глядя на руки, которыми держал трубу. – Сгорела.

Гвен осмотрела его, но он как будто не пострадал.

– Посмотрите сюда, – сказал он, освещая что-то еще незамеченное в углу.

Это было тело, скорченное и почерневшее.

Абсолютный ужас. Съежившееся кожистое создание, сделанное будто из сосновой коры. Не человек, а мумия, извлеченная из могилы… высохшая, сморщенная, с искривленными конечностями. Просто кошмар.

– Это Харв, – сказал Койл. – Должно быть, пробрался сюда.

Фрай кивнул.

– Конечно. Онапризвала его сюда. И рано или поздно по одному призвала бы всех остальных.

– Я тоже слышала голоса, – сказала Гвен.

– Но она только проводник, не сама батарея, – сказал Койл; он знал, что подобрался совсем близко.

Запертая деревянная дверь, через которую прошла Кэсси. Вот куда он должен идти. Он подошел к двери… и сразу что-то начало происходить.

«Холодильник-2» затрясся.

Вокруг зашумело… шепот, писк, скрежет – все это исходило ниоткуда и отовсюду. Пол задрожал, как будто снизу по нему колотили десятки, сотни молотов. Изнутри стен доносились крики, как человеческие голоса, протяжные и невообразимо пронзительные. Они эхом разносились по коридорам.

– Какого хрена? – спросил Фрай, осматриваясь широко раскрытыми глазами, как будто только что проснулся в доме с привидениями.

Дикая дрожь не ослабевала, напротив, она усиливалась.

Повсюду стучало, словно били кулаками, воздух потрескивал, как будто разрядился мощный статический заряд.

Гвен сделала два шага, сжала голову руками и опустилась на колени.

От электрических разрядов в воздухе у Койла мурашки побежали по телу, живот свело, началась маниакальная истерика, захотелось кричать, выблевывая внутренности.

А потом началось самое страшное: раздался безумный высокий писк.

Он исходил отовсюду, словно одновременно заиграли тысячи флейт Пана, создавая сплошную стену пронзительного звука. У Койла потемнело в глазах, он упал на пол. Слезы потекли из глаз, кровь брызнула из носа. Нервы натянулись до предела.

И потом он увидел их.

Гремящая царапающая боль, сильней любой головной боли, разрывала голову, и Койл прищуренными глазами увидел, что вылетает из стен. Увидел Старцев. Но не живых, а призрачные образы. Привидения, духи выбирались из стен в электрифицированных струях эктоплазмы. Они были повсюду, расправляли широкие крылья, кричали, пищали, щебетали. Светились белым пульсирующим светом, как огромные призрачные ночные мотыльки, порхали, летали, проходили прямо сквозь стены…