Книга Прятки с Драконом, страница 79 – Рина Рофи

Он начал двигаться. Медленно сначала, давая мне прочувствовать каждый дюйм, каждое движение внутри. Но с каждым толчком его ритм ускорялся, становясь более настойчивым, более властным. И я отвечала ему, двигаясь навстречу, мои ноги крепче сжимались вокруг него, пальцы впивались в его спину.

Боль ушла, растворившись в нарастающем вихре ощущений. Мир сузился до него, до этого кровати, до этого единства, что было одновременно и шокирующим, и самым правильным, что я когда-либо чувствовала. Он был моей парой. И в этот миг, под его телом, с его именем на губах, я наконец-то это приняла. Стоны, низкие, хриплые, наполняли комнату, смешиваясь с его глубоким, удовлетворённым рыком. Я сама не узнавала звуков, что вырывались из моей груди — они были дикими, необузданными, полными животнойстрасти, которую я в себе и не подозревала.

— Диана, — его голос прозвучал прямо у моего уха, грубый от наслаждения. — Ты мой наркотик. Твои стоны... — он врезался в меня особенно сильно, заставляя меня вскрикнуть, —...меня это ещё больше возбуждает!

Он прорычал эти слова, и его темп ускорился. Он уже не был сдержан, не был осторожен. Его движения стали мощными, яростными, властными. Каждый толчок вгонял меня глубже в матрас, каждый выдох обжигал кожу. И я не просила его остановиться. Напротив, моё тело отвечало ему с той же яростью, ноги крепче сжимали его, пальцы оставляли следы на его спине. Его слова, грубые и прямолинейные, не оскорбляли меня. Они зажигали что-то тёмное и отзывчивое глубоко внутри. Быть его «наркотиком»... в этом была извращённая правда. Я опьянела от него, от его силы, от этого всепоглощающего единения.

Комната плыла, единственными ориентирами были он и нарастающая, невыносимая волна в глубине моего живота. Я была близка. И он, чувствуя это по моим судорожным объятиям и прерывистым стонам, лишь рычал и ускорялся, ведя нас обоих к краю.

Вспышка.

Бело-горячая, ослепительная, она разорвала меня изнутри. Всё моё тело выгнулось в немой судороге, а из горла вырвался оглушительный, первобытный крик, в котором растворились все страхи, все сомнения, вся боль.

И в тот же миг, пока моё тело ещё билось в конвульсиях наслаждения, он издал свой собственный, победный рёв. Глухой, мощный, идущий из самой глубины его драконьей сути. Он вогнал себя в меня до предела. Я почувствовала, как его тело напряглось в пике, как его член пульсирует внутри меня, заполняя меня горячим потоком его семени.

Это было не просто физическое завершение. Это было... скрепление. Печать. Его сущность смешивалась с моей на самом фундаментальном уровне, и в этом было что-то невероятно правильное, древнее, как сам мир.

Он рухнул на меня, тяжелый и потный, его дыхание было горячим и прерывистым у моего уха. Мы лежали, сплетённые воедино, и в тишине комнаты, нарушаемой лишь нашим тяжёлым дыханием, витало осознание того, что ничего уже не будет прежним. Граница, что разделяла нас, была не просто пересечена. Она была стёрта с лица земли.

Он перевернулся на бок, и его сильные руки, не отпуская, увлекли меня за собой. Я оказалась прижатой к его груди, моя щекауткнулась в его шею. Его кожа была горячей, влажной, пропахшей потом, сексом и его неповторимым, диким ароматом.

Я лежала, всё ещё не в силах поверить в происшедшее. В то, чтоония... чтомы...