Книга Мы те, кто умрет, страница 229 – Стасия Старк

— Он не может оставить твоего друга в живых, — говорит горгона. — Он начал жертвоприношение и должен его завершить.

Еще больше образов, пока я не начинаю видеть ее глазами. Символ Мортуса. Звук приглушенных сожалений.

И лицо, которое я хорошо знаю.

Лицо Альбиона.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Горгона продолжает показывать мне свои воспоминания.

Гарпия набрасывается на Альбиона, заставая его врасплох. Альбион вскидывает руку, но слишком поздно, и та ударяет его мощным крылом по голове.

Мой разум выдает мне собственные образы — воспоминания о каждом случае, когда я видела Альбиона после нападения на Леона. Дважды возле целителей и один раз возле комнаты Леона.

А потом он стоял рядом со мной и притворялся, что скорбит о Леоне, как и я.

Я сжимаю кулаки и задыхаюсь от ярости. Как я это упустила? Как?

У меня нет времени на самобичевание. Целители заняты, отвлечены. Они не подозревают, что Альбион представляет собой угрозу.

Он убьет Леона.

— Спасибо, — говорю я магинари. — Я вернусь к вам. Я освобожу вас. Как-нибудь. Обещаю.

Горгона фыркает, а Линарос качает головой.

— Тебе следовало бы знать, что не стоит давать такие обещания магинари, человек.

— Не все люди трусливы. Моя подруга Мейва планировала освободить вас с того момента, как узнала, что вы здесь. Она подсказала мне, как вас найти.

Он замирает, изучая мое лицо.

— Похоже, она хорошая подруга.

— Так и есть. — Я надеваю шлем на голову, поворачиваюсь и бегу по коридору, который приведет меня обратно на арену.

Мои ботинки стучат по камню, и только когда поворачиваю за угол, я понимаю, что звук не только моих шагов разносится по этому коридору.

Я замираю, прислушиваясь. Либо патруль пришел раньше, либо я опоздала.

— О, смотрите, одна из императорских свиней, — кричит кентавр.

— Иди, человек, посмотри. — Сила горгоны обрушивается на меня, ощутимая даже через серебряные решетки.

Шаги замирают.

— Гребаные магинари.

Магинари разражаются криками и оскорблениями, их голоса заглушают мои шаги. Я добираюсь до третьей эфирной лампы и приседаю на перекрестке.

Пожалуйста, пусть это будет нужная лампа. Пожалуйста.

Моя рука касается нескольких прохладных камней, и от облегчения у меня кружится голова. Мейва действительно все предусмотрела.

Поднимая камни, я бросаю их изо всех сил. Они с грохотом катятся в противоположном направлении, и звук приближающихся шагов эхом разносится по коридору, когда охранник бежит быстрее. Я вжимаюсь в стену, когда его тень сворачивает за угол в направлении брошенных мной камней.

Секунды.У меня есть несколько секунд.

Легкие горят, дыхание сбито, я бегу к лестнице, бросаюсь вверх по ней и к люку.

За считанные секунды я покидаю уровень магинари, закрывая за собой люк. Пот покрывает каждый дюйм моего тела, когда я снимаю привлекающие внимание доспехи Империуса и прячу их в углу, чтобы забрать позже. Я заставляю себя шагать уверенно, но без излишней поспешности обратно через арену и по коридору, ведущему к Лудусу.

Сильные пальцы хватают меня за плечо, и я резко поворачиваюсь, сжимая в руке кинжал. Нерис наклоняется ко мне, на ее лице холодная ярость.

— Где ты была?

— Альбион — убийца, — выпаливаю я, отталкивая ее. — И он собирается убить Леона. Нам нужно добраться до целителей.

— Пойдем.

Нерис распахивает дверь и бежит рядом со мной. Мы мчимся по коридорам, лавируя между группами новобранцев.