Книга Мы те, кто умрет, страница 231 – Стасия Старк

— Альбион, — тихо говорю я. — Ты знаешь, что все кончено. Я не могу позволить тебе убить кого-то еще.

— Они ушли не навсегда. Они вернутся! — Его слова полны отчаяния, а глаза — безумия. Его сигил начинает светиться, и я замираю. Альбион — отмеченный серебряной полукороной. Если дело дойдет до противостояния, я погибну.

— Что ты имеешь в виду? — Я должна заставить его говорить. Нерис наверняка уже всем рассказала. Скоро придет помощь. Мне нужно отвлечь его еще ненадолго.

Он разжимает ладонь, его выражение лица становится умоляющим.

— Когда Мортус вырвется из своей клетки, все, кого мы любили, вернутся вместе с ним.

— Это не так, Альбион!

Я не должна была отвечать так резко. Мне нужно поддерживать разговор. Но его слова подобны соли, которую втирают в открытую рану.

— Это так! — Слюна летит из его рта, когда он внезапно поворачивается и наступает на меня. — Мортус заберет их у Видерукса. У него есть ключ! Вот почему другие боги предали его!

Я огибаю стол, стараясь не наступить на сигил на полу.

— Другие боги заточили его, потому что он собирался разрушить этот мир.

— Ложь! — Альбион так вытаращивает глаза, что я вижу белки, а его щеки так краснеют, что становятся почти фиолетовыми. Мышцы на его шее напрягаются, когда он размахивает руками.

— Нам так говорили, но это неправда!

У меня скручивает живот. Кто-то воспользовался его горем, извратив в своих интересах.

Готова поспорить, что этим кем-то был Тиберий Котта.

— Есть другие, такие же, как я, — продолжает Альбион, его выражение лица смягчается, голос становится вкрадчивым. — Нас больше, чем ты можешь себе представить. И когда Мортус освободится, мы воссоединимся с теми, кого потеряли. Разве ты не хочешь этого, Арвелл? Разве ты не хочешь снова увидеть свою подругу? Дать ей еще один шанс на жизнь?

Я ощущаю горечь на языке.

— Больше всего на свете. Но Кассия не хотела бы этого. — В этом я уверена.

— Ты примешь это решение за нее? — тон Альбиона становится язвительным. — Леонрассказывал мне о своей дочери. Он говорил, что она была верной. Мужественной. С мягким сердцем. Она бы сделала это для тебя.

Я понимаю, к чему он клонит. Но ему не следовало упоминать Леона. Потому что все, что я вижу, — это его тело на кровати, а над ним нависает Альбион с кинжалом в руке.

— Кассия убила бы тебя за то, что ты сделал с ее отцом.

— Он бы вернулся!

— Никто не вернется, Альбион. Они все еще там, ты знаешь. Люди, которых ты убил? Они были заперты в своих гниющих трупах. Я сама была тому свидетелем. — Я не упоминаю, что мне каким-то образом удалось их освободить.

В его глазах мелькает ужас, но он тут же сменяется отрицанием.

— Ты лжешь.

Я качаю головой. Альбион не поверил бы, даже если бы сам услышал эти отчаявшиеся души. Он слишком далеко зашел.

Он наступает на меня с кинжалом в руке. Острие клинка черное, как будто что-то разъело сталь.

Яд.

Оба мои меча заперты в комнате вместе с моей пармой. Я тянусь к кинжалу, который дала мне Кассия. У меня есть этот кинжал и еще три метательных. И ни один из них не пропитан ядом горгоны.

Я отступаю, уводя Альбиона дальше от сигила и ближе к серебряной двери за моей спиной.

Мне нужно выиграть время.

Умиротворяюще подняв руки, я изо всех сил стараюсь казаться маленькой и слабой. Альбион замедляет шаги, и часть отчаяния в его глазах тает.