Онлайн книга «Рассказы 29. Колодец историй»
|
Руки зачесались. Хотелось дать подзатыльник этой глупой тетке, которая так небрежно осматривала слоновий столик. – А комод на фамилию Тсерингеров прибыл пару дней назад. – Приемщица посмотрела на Ларго. – Простите за ожидание, комод вам доставят в субботу. Даже документов не попросила. Ларго взял чек. Но перед тем, как уйти, прижался губами к спинке столика. Кто-то сказал, что мальчики не плачут. Так вот это все глупости. Не плачут вещи. Щепки от столиков. И Ларго не заплакал. Столик топнул два раза. И Ларго ушел, не обернувшись. В субботу маме вернули комод. – Только папу не шантажируй, – сказал Ларго. Она хотела возразить, но Ларго тут же добавил: – Нам это не потребуется. Весь остаток вечера мама возилась со своим любимым комодом. Открывала, закрывала. Искала сколы и царапины. Доставала шляпки и складывала обратно. Слушала сплетни о какой-то местной богатой скандалистке. В воскресенье поехали за покупками. – Я же обещала тебе канареечный зонтик! – сказала мама. Но Ларго отказался. В понедельник поехали на экскурсию по Рондокорту. – Малиновое мороженое для Лайве, лакричное для тебя. Но Ларго не хотел мороженое. Во вторник обедали супом. В тишине стучали ложками о тарелки. Вдруг Лайве встала, подошла к Ларго и крепко обняла. В среду мама уехала на встречу с подругами. Почтальон пришел позже обычного, выдал газету. Ларго пробежался по заголовкам и даже внимательно прочитал статью про аукцион, на котором бесхозные вещи с Костро перешли в собственность Рондокорта. Ларго долго смотрел в окно. Там, на небе, собирались тучи. Рондокорту теперь принадлежало что-то очень ценное, чего весь Рондокорт никогда и не оценит. Что для них столик? Лишь осколок погибшего фрагмента. Люди любят романтизировать катастрофы. В четверг поздним вечером мама зашла к Ларго в комнату. – Собирайся, мы уезжаем! Начала суетиться и хватать какие-то ненужные вещи, кидать в сумку. Следом зашла и ЭлЭл, уже одетая. – Что происходит? – Ларго встал с кровати. – Объясни спокойно. – Собирай свою сумку с плодами, давай, – шепнула мама и вручила Ларго снежную шапку. – Мы уезжаем на другой фрагмент. Выскочила из комнаты и утянула за собой Лайве. Ларго достал из тумбочки засушенные кусочки плода, разжевал, достал сумку. Накинул куртку. Побежал вниз. – Мама! Куда мы бежим? Что опять случилось? Мама обернулась, сцепила руки вместе. – Мы бежим на Фрайкоп… Я совершила преступление. И Ларго услышал «топ-топ». У входной двери стоял слоновий столик. Мама начала оправдываться: – Мне отказывались его менять! Я за него и комод предлагала! И перстень… Но они все твердили, что это собственность Рондокорта… Я же больше не Тсерингер… В общем, я обманула женщину в бюро… и украла слоновий столик. Мне нужно было тебя вернуть, Ларго… «Моя мама», – пронеслось в голове. – Только не думай, что я какая-то ужасная воровка! Они не принимали никаких оплат! Из сердца будто занозу вытащили, Ларго дробно вдохнул. Слетел по ступеням, в одно мгновение оказался на коленях возле столика. Провел пальцами по спинке, по ножкам, по сколам и трещинам, по облупившемуся лаку… Если то, что ощущают нунтары без своих плодов, хоть немного похоже на то, что ощущал Ларго эти несколько дней после похода в бюро, то он обещает себе вернуться к страдальцам и вести переговоры. |