Онлайн книга «Рассказы 18. Маска страха»
|
– Это точно карьер, – говорит она, когда впереди показываются скалы, круто уходящие вниз. – Догадалась, возьми с полки пирожок. Но, кажется, Веру ничего не смущает. Приехали ведь. Карьер заброшенный: когда-то там добывали железоникелевую руду (Полинин дедушка был металлургом, и поэтому она знает наверняка), но потом докопали до подземных вод, и родники в один миг хлынули наружу. По легендам, спастись никто не успел – ни машины, ни люди. Где-то там, в черном озере, до сих пор спят экскаваторы, самосвалы и бульдозеры. Там же до сих пор парят в толще воды и мертвые люди. Но только если верить в городские сказки… – Держись, – предупреждает Вера, и мотор ревет через силу, будто умоляет одуматься. Полина вцепляется в дверную ручку. – Не вздумай! – кричит она, но поздно. Желтая машина карабкается по едва ли не отвесному склону, намереваясь выбраться на вершину. Полина визжит на пару с жигулями, хватается руками за все подряд, щурится, но… Но не может оторваться. Они ползут вверх – жигули, кажется, вот-вот заглохнут, а в ушах все гудит от горячей крови. Вера грудью вжимается в руль. На вершине их ждет небольшая площадка, а дальше – только морозная бездна, красно-коричневые скалы и толстый лед, под которым… Полина кричит почти на ультразвуке, а жигули переваливают через край и, радостно взревев, мчатся вперед. Вера бьет по тормозам, но машину несет, разворачивает, колеса буксуют, в воздухе бело от снежной пыли… Но машина все-таки останавливается, совсем чуть-чуть не долетев до края. Полина распахивает дверь и вываливается в снег. Ее долго рвет едва переваренным обедом, во рту поселяется кислый привкус. Торжествующая Вера присаживается рядом, но ничего не говорит. Полина жадно пьет ледяной воздух. – Ненормальная… – шепчет она липкими губами. – А ты у нас, значит, нормальная? – И Верины глаза вспыхивают усмешкой. – Вставай. Она помогает Полине подняться, заботливо стряхивает снег с ее джинсов. Приносит из багажника бутылку вина, которая чудом не разбилась во время бешеных гонок, и… ящик багровых гранатов. Они так странно выглядят здесь, среди белизны и крутых скал, что Полина часто моргает, пытаясь прийти в себя. И правда, гранаты – побитые, со съежившимися боками и влажными красными пятнами, но гранаты… Вера роняет ящик в снег и бежит за штопором. Достает его из бардачка и долго хлопает скрипучей дверцей, будто и жигули обиделись на хозяйку. Полина, дотянувшаяся до треснувшего гранта, вертит его в ладонях. Алый сок течет по белым шрамикам. – Откуда столько? – спрашивает Полина, когда Вера присаживается рядом и берется за бутылку. – Стащила, – пожимает та плечами. – Стащила?! – Ага. Денег почти не осталось, а сладенького жуть как хочется. – Ты совсем уже, да? Сказала бы мне, я б сходила в магазин… – А где в этом надрыв, эмоция? А? Да не переживай ты так, у чучмеков этих ящиков – миллиард, они и не заметят. – Все равно это… Слушай, ты за рулем пить собралась? – Ты где-то видишь руль? – Но обратно-то мы на машине поедем… – Пока мы соберемся, все уже выветрится. Я полстаканчика, не переживай. Полину насквозь пропитывает стужей. Под ногами – сосущая бездна. Ну ладно, не бездна, но все равно очень высоко. Полина, свесившая ноги со скалы, чувствует, как каждый порыв ветра будто подталкивает вперед. Сидеть страшно, и холод забирается под одежду, ползет по ногам к груди. |