Онлайн книга «Рассказы 38. Бюро бракованных решений»
|
– Что? – вырвалось у Ромашова. – Платил? – Да, будьте вы прокляты! Платил! – Зачем? – Я знал, что Ира часто марафетится именно в «Орхидее». Рано или поздно ей подсунули бы героин или морфий, и тогда все, плакал мой «Эрос»! Однажды я набрался смелости и заявился сюда. Предложил местному воротиле приглядывать за Ирой, чтобы никакая сволочь… Я не мог им позволить вот так взять и уничтожить ее! Мне потребовалось всего полтора года, чтобы вознести ее на самый верх… и вознестись самому, конечно. Черт, подполковник, вы даже не представляете, насколько это тяжело! Одного таланта мало – ничего бы не вышло, если бы в свое время я не познакомил Иру с графом Мещерским. – Значит, подложили ее под графа? – Разочарую вас, он так и не притронулся к ней. Впрочем, получилось даже лучше. Он ее боготворил, оберегал ее ангельскую чистоту. Осыпал цветами, украшениями, подарил особняк на Английской набережной. А главное – сцену Мариинского театра. О, не смотрите на меня так, я использовал Иру не больше, чем она – меня. Я подарил ей жизнь, о которой она и мечтать не смела. – И паскудную смерть. – Разве я мог предположить, что она не выдержит груза популярности? Что затоскует, начнет ссориться с Мещерским, подсядет на кокаин, заведет сомнительные связи? Фокин покачал головой. – А видели бы вы места, в которых она бывала, – в самых наигрязнейших и наиотвратительнейших!.. Я пытался ее вразумить. Куда там! Арсеньев, к слову, хорошо на нее действовал, жаль, что он решил разорвать эти отношения… – Вы хотели сказать, Островская решила… – перебил Ромашов. Фокин рассмеялся. – Ни черта вы не знаете, подполковник! Это не Ира бросила Арсеньев, а Арсеньев – Иру!.. – Господин подполковник! – прервал их вбежавший адъютант. – Полиция… – Уже? – Ломятся в двери. Мы тут обнаружили кое-что во время обыска. Адъютант вынул из-за пазухи спрятанный в ножны бебут. Серебряная резьба, крестовая гарда… Еще до того, как адъютант обнажил клинок и указал на выгравированную поверх фамилию, Ромашов понял, кому он принадлежит. – Дядь, купите газетку? Мальчишка, перекрикивая топот марширующих мимо солдат, размахивал перед ним свернутой в трубочку «Русской волей». Ромашов часто покупал у него утренние газеты. Вот и сейчас по привычке сунул копейку в грязную ладошку. Его мысли целиком занимал злосчастный кинжал. Он ломал решительно всю картину. Как оно было раньше: любовники поругались, оба под кокаином. Островская пригрозила, что расскажет все невесте. Парень испугался, схватился за оружие. Потом бежал, сбросил кинжал и напился до беспамятства. А что теперь? Арсеньев потерял бебут еще до поездки в пансионат? Ромашов сел в повозку и развернул газету. Что-то упало под ноги, но он не наклонился поднять. Слишком привлекла первая полоса с крупным портретом Островской. Добрая половина статьи повторяла давно известные факты. Однако дальше смаковались подробности личной жизни примы. Ромашов раздраженно бросил газету на сидение. Конечно, репутация Островской больше не понадобится, но и грязи такой она не заслужила. Взгляд нечаянно упал на листок бумаги, выпавший из газеты. На нем была надпись от руки: «Вас назначили, чтобы наказать виновного, а вместо этого вы очерняете Иру. Прекратите раскапывать эту грязь, иначе нам придется вмешаться». |