Онлайн книга «Рассказы 39. Тени демиургов»
|
– Не-не-не-не, в «Вайнес» я уже была. Пойдем во что-нибудь местное, аутентичное. Я с утра гуглила. – Стянув с ладони перчатку, я открыла карты, с третьей попытки ввела запрос «coffee». Спустя пару мгновений с искренней радостью тыкнула в кондитерскую через дорогу от порога на реке: – Вот! Сюда хочу. Заодно по набережной прогуляемся. Йохан посмотрел на мен недоверчиво, но отказывать не стал. Мы вышли на набережную и бодро зашагали вдоль невысокого заборчика, изредка огибая стойки с припаркованными велосипедами. Ветер дул в спину, позволяя смотреть не только себе под ноги, но и вокруг. За снежной дымкой невысокие домики с праздничными витринами казались очень уютными и приветливыми. А черная река, напротив, пугала своей глубиной и холодом, но я старательно вглядывалась в ее гладь. По дороге в кафе утка так и не нашлась. 8. Маленькая оплошность, большое преображение Долго ли, коротко ли, перестало Семена трясти. Аромат кофе нос защекотал, музыка перезвоном уши тронула, тепло тьму рюкзака окутало. Беседа Васи с конем[16]нелю́бым и та стихла, оставив тяготы бытия в прошлом. Будто не хаживали они по новому городу впустую, будто не улетала утка Кащеева куда неведомо. Аль не чудо ли случилось чудное? Аль не дома ли вновь очутился Семен, в кроватке родной да под одеялком пуховым? Молния над головой Семена раскрылась, и рука ласковая принялась почесывать его за ухом. – Сем, ты как там? – Детский голосок Васи, подобно волшебному эху прошлого, всколыхнул воспоминания. Семен зевнул лениво, вывернулся, подставил подбородок под пальцы родные. Обернуться бы ему котенком безмолвным да играться день-деньской с клубками заговоренными, но судьбинушка его безрадостная, неотвратимая: сменились почесывания тормошением настойчивым. Спустился Семен с небес на землю нехотя и выполз из прибежища уютного на свет. Кафе небольшое порадовало его роскошью диванов мягких и выбором яств на витрине в шаге от столика. Особенно Семену приглянулась укрытая зеленой марципановой вуалью принцесс-то́рта – добрая порция взбитых сливок с приятным дополнением в виде прослойки бисквита и малинового джема. – То-о-ортик, – облизнулся Семен. – Хочу. – Будет тебе тортик, Сем, – проговорила Вася вполголоса. – Будет. Ты, главное, Йохана отвлеки, когда он вернется. – То-о-ортик… – Сем! – подопечная резко хлопнула ладонью по дивану. Семен замолчал. До поры до времени. Как сказитель искусный, знал он цену не только словам, но и моменту, когда они должны быть сказаны. А сейчас к столику приближался конь нелюбый с подносом. – Так, му́рутс-ка́ка[17]и латте тебе, принцесс-торта и американо мне, – произнес дух водный в обличье мужчины, выставляя все, что было озвучено, на стол. Рот Семена наполнился слюной, а душа – завистью: маленькое сладкое счастье досталось не ему. Зато тарелочка с кусочком темного коржа, украшенного светлым кремом и марципановой морковкой, лихо перекочевала поближе к Семену. Он перевел взгляд хмурый на Васю – та подмигнула. – Зелененький хо… – упрямо начал Семен, но осекся, вдруг вспомнив, что звание сказителя штатного иногда и отрабатывать надо. Да и мысли в голубых глазах подопечной промелькнули явно недобрые. Семен недовольно полизал лапу, вздохнул и, вперившись в коня нелюбого взглядом немигающим, завел: |