Книга Рассказы 1. Темнота внутри, страница 32 – Александр Лебедев, Екатерина Годвер, Иван Русских, и др.

Бой длился недолго. После спасения фельдфебеля прошло четыре минуты, и выстрелы смолкли. Следователь выждал еще некоторое время, вслушиваясь в наступившую тишину, и, к своей радости, услышал немецкую речь. Еще через пару минут в землянку вошел фельдфебель с пистолетом-пулеметом наперевес. Увидев застывшего сбоку от входа Леетша с оружием в руках, он сухо кивнул, буркнул «спасибо» и покосился на тело Босфельда, присыпанное обвалившимся с потолка дерном.

— Русские ушли? — спросил следователь.

— Ушли, — подтвердил фельдфебель. — Разведгруппа. Готовятся к наступлению. Случайно наткнулись на наши замаскированные позиции.

— Потери?

— Семеро убиты. Двое ранено. Их разведчики метко стреляют. Сразу в голову. Их из сибирских охотников набирают. Вы, кстати, единственный, кому посчастливилось наверняка убить одного из них. Остальные ушли целехонькие, дьявол их побери.

— Босфельда запишите в потери. Восемь итого.

— Да, кстати, среди убитых Ульрих Хаазе, — заметил фельдфебель, выходя из землянки.

— Как? — неприятно удивился Леетш. — Могу я взглянуть на тело?

Выскочив на улицу, он промчался к небольшой ровной площадке у противотанкового орудия, на которую стащили тела павших бойцов роты, и, сверившись с фотографией, выуженной из кармана кителя, громко выругался.

— Бодвин Кунке! — рявкнул Леетш. — Мне нужен старший стрелок Кунке!

— Кунке! Эй, кто-нибудь видел Кунке?! — стали вполголоса перебрасываться вопросами солдаты, напряженно всматривающиеся в покрытые молодым лесом и кустарником склоны холма, откуда неожиданно явились, чтобы вскорости исчезнуть, бойцы советского разведывательного отряда.

Спустя полчаса поисков фельдфебель, передвигаясь в три погибели, явился на площадку, где его поджидал следователь.

— Ефрейтор Тиме видел, как Кунке уводили «Иваны», — с трудом сдерживая эмоции, сообщил командир роты Леетшу. — Утверждает, что тот не сильно сопротивлялся. И еще…

Тут Леетш увидел дуло пистолета-пулемета, нацеленное в свою грудь.

— Босфельд, — закончил фельдфебель, и его голос дрогнул.

— Так надо, — отрезал Леетш, глядя прямо в полные ярости глаза.

Несколько секунд в душе унтер-офицера велась борьба между желанием пристрелить потрошителя, истязавшего его боевого товарища, и благодарностью за спасение в бою. Победило последнее ввиду железобетонной уверенности, которую всем видом выражал сотрудник крипо.

— Тебе лучше бы убираться обратно, — переборов себя, сказал фельдфебель. — Скоро сюда нанесет удар артиллерия или…

— В какую сторону повели Кунке русские? — перебил его стальным тоном Леетш, заставив фельдфебеля побледнеть.

— С ума сошел?! — воскликнул он.

— У меня приказ, — отрезал следователь, чем вызвал у командира роты какое-то нездоровое восхищение, которому тот сам неприятно удивился.

Не увидев в глазах Леетша ни тени безрассудства или фанатизма, лишь холодную решительность, фельдфебель пожал плечами и скомандовал ему следовать за ним.

— Серьезно? — русский офицер в полурасстегнутой гимнастерке перевел полные изумления серые глаза с удостоверения личности на сидящего перед ним немца.

— Говорите по-русски? — спросил он на немецком и, когда Леетш отрицательно покачал головой, задал второй вопрос:

— Какое у вас задание?

— Доставить в Берлин Бодвина Кунке, обвиняемого в изнасиловании и причинении тяжкого вреда здоровью, приведшего к смерти юной дочери Германского Рейха.