Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 47 – Элла Яковец

Мой голос дрогнул.

Баланс пошатнулся.

И цветные брызги оргазма заполнили тело до кончиков пальцев, руша и снося все остатки разумных мыслей и образов.

И вот теперь я уже распласталась на кровати Ван Дорна безвольной куклой.

И совсем-совсем краешком сознания ощущала, как его сильные руки переворачивают меня на живот. И как его член одним толчком оказывается внутри.

И волны сладких конвульсий снова затопили мое тело.

Наверное, я даже кричала.

И выгибалась, подчиняясь его рукам.

Прижималась к нему спиной.

Снова падала без сил на кровать.

Чувствовала, как его рука наматывает мои волосы на кулак.

Он что-то шептал мне на ухо, восхитительно непристойное.

И не останавливался целую вечность.

До тех пор, пока меня снова не накрыло с головой оргазмом.

Таким чудовищным, что мне сначала показалось, что я потеряла сознание.

И когда я очнулась, то поняла, что мы лежим, замысловато сплетясь телами. Где-то за окном кричит что-то тревожное ночная птица. А в коридоре за дверью слышны чьи-то удаляющиеся шаги.

— Всех темных однажды срывает? — неожиданно спросил Ван Дорн, поднимая голову. В темноте мне было видно только мерцающее в глубине его глаз пламя.

— Очень подходящая тема! — засмеялась я.

— Если для тебя она неприятна, то… — Ван Дорн пошевелился, чтобы отстраниться или как-то поменять положение, но я сжала руки и ноги, чтобы все осталось как было еще хотя бы чуть-чуть.

— Неприятна, — сказала я. — Но я скажу. Да, всех срывает. И каждый из нас в конце концов оказывается либо в дурке «Безбрежных вод», пускающим слюни обрубком человека. Либо в тюрьме Тиамат-Лодж, запертым в мире своих кошмаров и фантазий.

— Но ведь твой отец… — руки Ван Дорна тоже обняли меня крепче.

— Мой отец — ковенмен, — усмехнулась я. — И ему можно гораздо больше, чем простому смертному. Ну и да, отвечу на незаданный вопрос. Я ужасно боюсь этого будущего. И стараюсь про него не думать. Вот…

Ван Дорн нашел в темноте мои губы губами. И больше ни о чем меня не спрашивал.

Я нашла Джезе Лагезу в обществе его «фиолетовых» однокурсников. Они сидели в холле и что-то весьма экспрессивно обсуждали. И судя по тому, что они заткнулись, когда я подошла,речь шла о чем-то весьма неприличном.

— Я по твою душу, Джезе, — невозмутимо пропела я и потрепала своего подопечного по жестким темным волосам. — Составишь мне компанию в Сити?

— Сейчас? — встрепенулся он. — Сегодня? Но ведь завтра рано утром у нас контрольная по ритуалистике…

— Обещаю, что к экзамену я тебя верну, — и я изобразила всей собой такой недвусмысленный намек, что, кажется, все акулы готовы были вскочить, чтобы составить мне компанию.

— Я понял, — губы Лагезы растянулись в самодовольную ухмылку. Он поднялся и оглядел всех с видом царственного превосходства. — Разумеется, я составлю компанию. Хочешь, доставлю нас порталом? У меня зачет, я умею!

— А давай, — легко согласилась я. Мне сейчас эта магия была недоступна, и, пожалуй, это было самое большое неудобство. Приходилось все расстояния вообще преодолевать пешком.

Фиолетовый вихрь закружился в ту же секунду. Джезе обнял меня, и мы шагнули в мистическую мглу.

И через мгновение ужа стояли на главной площади Сити, между Доской Объявлений и мраморной беседкой, которая на самом деле была каким-то историческим памятником, но никому давно неинтересно, чему именно.