Книга Эгоистичная принцесса, страница 90 – Ада Нэрис

Они говорили о пустом — о погоде, о музыке, о предстоящем заседании Совета. Но их голоса были тише, чем того требовал шум зала, создавая вокруг них незримый кокон уединения. Его рука в белой перчатке лежала на её талии, и пальцы её были чуть более вдавлены в ткань платья, чуть твёрже, чем диктовал учтивый танец. Её пальчики, покоящиеся на его плече, едва заметно дрожали — не от страха, а от того внутреннего напряжения, что копилось между ними, как электричество перед грозой. В какой-то момент он наклонился чуть ближе, чтобы перекрыть звук оркестра, и его губы почти коснулись её уха, скрытого огненным водопадом волос. Шёпот был краток,но от него по её спине пробежали мурашки.

А в трёх шагах от них, окружённая кольцом восхищённых поклонников, сияла Тиара. Её образ был выверен до совершенства: платье цвета первого снега, усыпанное жемчугом и серебряными нитями, и маска из белоснежных лебединых перьев и крошечных хрусталиков, создававшая впечатление неземного, невинного ангела, случайно залетевшего на грешную землю. Она смеялась звонко и искренне, её глаза за маской, цвета весенней незабудки, сияли всеобщей любовью и простодушием. Она ловила на себе восторженные взгляды, принимала комплименты, кивала головкой, и казалось, вся её сущность растворялась в этом лучезарном представлении.

Но это был лишь фасад.

Её взгляд, такой мягкий и расплывчатый для окружающих, время от времени, будто щель в броне, становился острым и холодным, как отточенный стилет. И этот взгляд неизменно находил их — Скарлетт и Рэйдо, вращающихся в своём частном, напряжённом микрокосме. Она видела, как его пальцы впиваются в ткань её платья. Видела, как её ресницы, покрытые сурьмой, вздрагивают, когда он наклоняется. Видела, как их головы сближаются для короткого, приватного разговора, который не предназначался для ушей двора. И с каждым таким наблюдением что-то внутри Тиары медленно, но верно замораживалось. Её улыбка не гасла — нет, она стала лишь шире, ещё лучезарнее, — но в глубине глаз, за щелью в перьях, копился лёд. Лёд тревоги, смешанной с яростью.

Когда музыка смолкла, и пара замерла в окончательной позе, Тиара сделала свой ход. Легким, извиняющимся движением она коснулась руки своего кавалера, что-то шепнула ему на ухо с извиняющейся улыбкой и плавно, будто нехотя, отплыла от своего круга обожателей. Она двигалась не прямо к ним, а по сложной траектории, будто её привлекла ваза с цветами у колонны или узор на полу, но конечной целью были именно они.

И вот она уже здесь, рядом, и её голос, звонкий и сладкий, как колокольчик, разрезал тот самый незримый кокон, что окутывал её сестру и кронпринца.

— Как же вы прекрасно выглядите вместе! — воскликнула она, сложив ручки у груди в милом восторге. — Просто дух захватывает! Будто две половинки одной удивительной загадки, наконец-то встретившиеся!

Слова были идеальным комплиментом. Но её глаза, скользнувшие из-под белых перьев с Скарлетт на Рэйдо и обратно,были лишены детского восхищения. Они сканировали. Выискивали. Оценивали малейшую деталь: как быстро Скарлетт выпрямила спину, отдаляясь от Рэйдо; как едва заметно дрогнул уголок его губ под серебряной маской; как долго длилась пауза перед тем, как кто-то из них ответил.

Она искусно вклинилась в пространство между ними, нарушив дистанцию, став живым щитом, разрывающим их связь. И сразу же, не давая опомниться, завела лёгкую, ни к чему не обязывающую беседу о украшениях зала, о предстоящем сезоне охоты, о милостях погоды. Говорила в основном она, заливая всё вокруг своим сиянием и милой болтовней. Рэйдо отвечал с безупречной, ледяной вежливостью, отдалённо, как и подобало кронпринцу с младшей принцессой. Скарлетт же молчала, чувствуя, как под сладкой оболочкой сестры скрывается что-то колючее, настороженное и опасное. Она ловила эти вспышки оценивающего взгляда, этот холодок, исходящий от, казалось бы, тёплого существа. Но доказательств не было. Только неприятное, ёкающее чувство в глубине души, предупреждающее, что за маской невинного ангела скрывается нечто совершенно иное. И что их с Рэйдо зарождающаяся, хрупкая связь находится теперь под прицелом этого невидимого, но предельно внимательного наблюдателя.