Онлайн книга «Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало»
|
– Я понимаю. Кажется… нет, не возьмусь утверждать точно. – Это плохо, что вы так неопределенно выражаетесь. Остается неясным, действительно ли вы открыли точно такой же замок, что при мне не поддался вам ни разу, или же он оказался по каким-то причинам открытым. – Однако же, Холмс, если мы выяснили, что я побывал у калитки после вас… – Никаких «если», Ватсон. Мы это установили точно. – Но вы сказали, что заперли ее. Простите, что спрашиваю вас об этом, но вы уверены в своих словах? – То есть как? Уверен в чем? – В том, что у вас это получилось. Ведь если не я отпер замок, а он уже был открыт, как вы предположили, то выходит, что вы не сумели запереть его. – Вы соображаете, что говорите? – Умоляю, Холмс, только не подумайте, что я как-то оспариваю ваши безусловные… – Подытожим ваши деликатные предположения. То есть сначала я не сумел разобраться, заперта калитка или нет, а потом не смог закрыть ее? То есть я почти сравнялся в своих способностях с вами? – Я вовсе не то хотел… – Где, кстати, ваше ведро? Надеюсь, вы не оставили его… Что вы на меня так смотрите?! – Вы про железяки?! – оторопел я. – Признаться, я не подумал о такой мелочи, Холмс. Мне пришлось преодолеть такое, выйти за границы своих пределов, так сказать, совершить невозможное, превзойти себя и судьбу… – Мелочи?! – воскликнул Холмс. – Мелочи вы только что перечислили, а железяки, как вы выразились, это ключевая улика. Мастер, бросивший без повода инструмент, который его кормит, никакой не мастер. Это сразу же вызовет подозрение. Эх, Ватсон, Ватсон! Вам просто не приходилось зарабатывать себе на жизнь. Нужно немедленно подобрать всё, пока не рассвело и на них никто не наткнулся. – Тогда едем? – Оставайтесь здесь, я всё сделаю сам. Холмс поспешно собрался и вышел из дома. Блеск моих успехов как-то сразу потускнел. Героизм и жертвы, никем не замеченные, превратились в мою личную душевную утрату. Как это болезненно, когда жгучее желание приносить пользу не подкреплено хотя бы средними способностями! Ведь я так стараюсь! Как никто на этом свете! Холмс пока еще верит в это мое желание, но, похоже, начал уже его побаиваться. Скоро он перестанет доверять мне самые элементарные вещи, и миссис Хадсон потихоньку вытеснит меня во всем. Чего доброго, еще станет советоваться с нею, а не со мной. По иронии судьбы единственная польза, которую он полагал исходящей от меня, проистекала из его заблуждения. Что останется от его симпатий, когда он узнает, что и к восхищающим его рассказам я не имею никакого отношения? Всё меньше и реже я испытывал желание признаться, что я обычный Джон Уотсон и никакой не Артур Конан Дойл. Глава тридцать четвертая. Грустное обаяние сумрака Из записей инспектора Лестрейда Продолжение записи от 29 декабря 1891 г. Графиню Моркар я застал в состоянии, когда шок и первая боль от утраты любимого украшения немного поутихли, а надежда на благополучный исход еще не угасла. Ее светлость приняла меня в своем номере в отеле «Космополитен». Минувшее приключение, вероятно, на всю ночь лишило ее сна. Рождественское утро слабо пробивалось сквозь задернутые шторы в комнату, служащую гостиной. Извинившись, что головная боль вынудила ее чураться солнца, из-за чего нас окружал полумрак, графиня перешла к вчерашним событиям, начав со своеобразного итога. |