Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело, страница 75 – Евгений Бочковский

Размах моей фантазии простерся до таких высот, широт и глубин, что исходный состав участников действа своим скромным числом просто не мог за всем поспеть, всё охватить и всюду отметиться. Поэтому мне пришлось вводить новых персонажей, которые своей неподражаемой самобытностью сумели отодвинуть далеко в тень даже Смолла с его еще час назад казавшимся эффектным продолжением ноги. Самую успешную конкуренцию одноногому негодяю составил беззубый горбун, нечленораздельный и оттого вспыльчивый и еще более свирепый, а численность андаманцев доросла до оравы, способной уже безнаказанно терроризировать Лондон, малодушно откупившийся от безжалостных коротышей несчастным Аппер-Норвудом, как когда-то франки уступили викингам Нормандию. Чтобы мой рассказ не вызвал пресыщения из-за излишней концентрации героики на наших с Холмсом фигурах, мне пришлось поделиться славой даже с безобразником Тоби. На какие только ухищрения не пускались убийцы, чтобы провести его докучливый нюх и оторваться от преследования! Посыпали свой след табаком и перцем, нещадно натирали его кошками, шли на руках. Тоби чихал и фыркал, но упрямо шел вперед, и я едва успевал утереть полотенцем его слезящиеся глаза. Упорство бесстрашного зануды довело злодеев до глубочайшего раздражения, и, когда Тоби подбежал слишком близко, они зашвырнули его за кривые ножки в ближайшее болото, перепугав притаившегося там с ружьем полковника Рэскотта и притаившихся от него уток. Эпизод спасения тонущего пса, чуть не закончившегося утоплением всех нас, к моему восторгу промочил неподдельной влагой слез уже глаза самой мисс Морстен, и я по-настоящему разглядел, как они прекрасны.

В итоге Мэри заключила со вздохом, что не очень-то я себя берег, если в среду едва увернулся от парового молота, в четверг каким-то чудом удержался и не вывалился из болтающегося среди штормящих облаков дирижабля, а в пятницу едва не сгорел под солнечными лучами, собранными в страшной силы пучок гигантской лупой таинственного маяка-призрака в Уэльсе. Выходит, я не очень-то старался не разбить ее сердце, а ведь не мог не знать, как она переживала. И вообще, нет ли какого-нибудь другого, более спокойного способа искать эти сокровища, потому что ей уже ужасно неловко, что ради нее в Лондоне, а затем и по всей Британии разгорелось что-то вроде небольшой военной кампании? Я ответил, запинаясь, что очень старался соблюсти все ее предписания, но погоня – такая штука, что, если думать слишком много о собственной безопасности и вообще уделять своей персоне столько внимания, лучше уж сразу идти служить в полицию. Это у них там всякое… Она сказала, что да, уже слышала об этом и поэтому обратилась к настоящим джентльменам, но только впредь мне всё же лучше иногда осматриваться в поисках подкрепления в лице мистера Холмса, и я видел по ее зардевшимся чертам, что она не слишком недовольна, что я не чересчур берегся ради нее, потому что в противном случае выходило бы, как я убедительно доказал, что я бы берегся вовсе не ради нее, а в ущерб успеху ее дела. И еще я заметил, что гораздо больше эффектов ее интересовала гуманная сторона – лишь бы все остались целы и невредимы, даже милый Смолл и душка горбун заодно, и вообще пусть всем будет хорошо, а если кому и необходимо погибнуть, то желательно мирно во сне и с приведенными в порядок бумагами. Я понял, что таким подходом ее не пленить, а между тем всё сильнее пленялся сам.