Книга Больше не твои. После развода, страница 65 – Амина Асхадова

— Не надо, — прошу его, цепляясь за последние крупицы своего самообладания.

— Хватит. Поверь мне, Айлин.

Рамис на грани. Он раздевается сам и снимает остатки одежды с меня. Я закрываюсь от него руками и прячу грудь, но недолго — он перехватывает мои ладони и фиксирует над головой.

А я снова как девочка перед ним. Беззащитная, заплаканная, напуганная. Рамис разводит мои бедра и сжимает мне колени своими пальцами. Он оценивающе проходится по моему телу, но в этот раз мне не стыдно. Только разве что немного покраснели щеки…

Когда он ласкает меня, я вспыхиваю.

Я думала, что повзрослела.

Я думала, что больше никогда и никому не дам к себе прикоснуться.

И уж тем более — не дам сделать этого Рамису…

В приглушенной светом спальне Рамис достает из карманов квадратик из фольги. Он что, действительно думает, что у нас будет близость?

Раз — и он вскрывает его.

— Наша дочь в реанимации, а ты… — всхлипываю.

— А я знаю, что с ней все будет хорошо. И еще я знаю, что пора заканчиватьэтот цирк, Айлин. Я сказал, что хочу попробовать снова. Я сказал, что у меня ничего не было с Наташей. Веришь или нет, но с момента нашей я встречи я ни разу ни с кем не спал.

— С нашей встречи? Это три недели? — спрашиваю тихо. — Вот это рекорд.

Рамису не смешно. Он зол и возбужден.

Он сказал, что хочет меня. И я это, о боже, чувствовала.

— Если тебе интересно, то у меня было, Рамис. И много раз. Поэтому можешь сколько угодно смотреть на мое тело, но оно тебе не принадлежит…

В следующую секунду я охаю, а перед глазами взрывается самый настоящий фейерверк.

Опустившись на матрас, Рамис делает движение и погружается в меня. Резко. Со стоном. Сквозь зубы. Я сжимаюсь, но это ни на чуточку не помогает. Напротив, мешает Рамису проталкиваться внутрь. Он делает это со свистом, с шелестом — тяжело.

— Много раз? — выдыхает он мне в рот. — А по моим ощущениям я снова забираю твою невинность, Айлин.

Он раздвигает мои бедра, толкается до упора и вытирает капли слез, скопившиеся в моих глазах. Он дает привыкнуть, а я тихонько дрожу.

Я и в мыслях не представляла нас больше. Не представляла, что отдамся ему.

Клялась себе не отдаваться никому.

А этой ночью, получается, предала саму себя.

— Все хорошо, родная, — убеждает меня Рамис.

Он целует глаза, скулы, губы, а когда у меня получается привыкнуть к нему, то начинает двигаться во мне. Это еще немного трудно, потому что очень тесно и очень горячо. Как в нашу первую ночь. Тогда он тоже старался быть ласковым. Совсем немного.

— Вспомни, как хорошо нам было, — просит он. — Будет еще лучше, Айлин. Просто прими меня. Откройся.

Я качаю головой, испытывая ощущение дикой наполненности внутри. Я забыла, что такое быть с мужчиной. Я солгала Рамису, что у меня было и много раз, но он, конечно же, все понял. Никого у меня не было после него.

Рамис толкается вновь и вновь. Нежно. Давая мне привыкнуть и вспомнить ощущение близости и тугой наполненности.

После очередного поцелуя я смотрю ему прямо в глаза и, как мне кажется, вижу частичку того Рамиса, которому еще когда-то верила. Как в наш первый раз. Тогда я была на седьмом небе от счастья, и он смотрел точно так же, как сейчас.

И мне почему-то хочется верить вновь, только теперь довериться было очень страшно.

— Ты обманешь, — шепчу ему.