Книга Яд, порох, дамский пистолет, страница 77 – Александра Лавалье

– Да, да! Божечки, как я испугалась тогда! Взрыва-то мы не слышали, а Машенька прибежала, вся в волнении, и говорит…

Рассказывая об этом, Оленька развернула очередную конфету, положила в рот и неудержимо закашлялась. Алексей вскочил, обхватил девушку за талию, пытаясь оказать помощь… и увидел лицо Зинаиды Порфирьевны. И сразу стало ясно, почему, забросив дела, Зинаида Порфирьевна поехала с Алексеем в ателье; почему купила столь дорогие конфеты; почему предпочитает жить в тучерезе (который буквально в трёх шагах), а не уезжает дальше в приличное жильё.

В глазах газетной свахи была ревность, злая и обречённая.

Алексею стало неловко, будто он заглянул в чужую интимную жизнь. Он аккуратно отпустил девушку, и она тут же стыдливо сбежала куда-то за штору.

Гости же, подождав пару минут, сочли приём законченным и вышли из мастерской. На пороге распрощались, вежливо и сухо со стороны Зинаиды Порфирьевны, слегка виновато – со стороны Алексея. Совместных дел у них больше не было, и каждый пошёл своею дорогой.

Что невероятным образом изменилось в жизни Алексея в последние дни, так это отношения со временем. Когда они распрощались с Зинаидой Порфирьевной, день ещё не достиг полудня, но казалось, будто всё, что должно случиться, уже произошло.

Алексей неспешно брёл в свою квартиру освежиться после бессонной ночи да обдумать произошедшее. Идти далеко, и это хорошо, размеренная ходьба упорядочивает мысли как ничто другое.

Утро, проведённое с Зинаидой Порфирьевной, несомненно, расширило кругозор Алексея (особенно в сфере женских взглядов на жизнь), но особых подвижек в расследовании не принесло. Хотя пулевое отверстие в теле Глафиры Степановны непрозрачно намекает, почему господин Макрушин был так уверен, что это именно убийство, а не случайная гибель при взрыве. И теперь понятно, что искала полиция в доме Алексея: пистолет. Или, может, револьвер. Алексей вдруг почувствовал, что ему даже немного обидно не знать, из какого именно оружия он убил госпожу Малиновскую.

То, что Малиновская пожелала уязвить давнюю соперницу, было понятно. То, что выбрала для этого похороны мужа, было странно. Хотя где ещё соперницы могли встретиться лицом к лицу? Странно, что Алексей никаких выстрелов не слышал, хотя был неподалёку. И скорее всего, после взрыва убийца был рядом с ним. Но кто это?

То, что госпожу Вельскую разгневала провокация Глафиры Степановны, ещё не означает, что она причастна к убийству. Что бы ни предположили они с рыжим, после похорон на кладбище Вельскую никто не видел, а вот Варвара Дмитриевна оказалась к этой истории слишком близко, и это огорчало. Варя знакома с Диомидом, она была и на кладбище, и в чайной, появилась аккурат перед взрывом и исчезла после. Она выманивала у Малиновского деньги, а с появлением в раскладе политического кружка об их назначении догадаться нетрудно. Но есть ли у Варвары Дмитриевны интерес в гибели Глафиры Малиновской, остаётся непонятным.

Дому, в котором снимал квартиру Алексей, консьерж не полагался, поэтому записку попросту просунули под дверь. Рукой матери в ней было написано: «Алёша, срочно прибудь!» Ни о чём хорошем такое послание говорить не могло, только о беде. Алексей развернулся на пороге и помчался к родителям.