Онлайн книга «Рождество в Российской империи»
|
– А давно ли ремонт в дамской комнате делали? – будто и не случилось ничего особенного, поинтересовался Тихон. К нему подошла Елена Сергеевна, нахмурилась, оценивая обстановку, и ответила: – Не далее как пару недель назад. Как раз стены утепляли перед праздниками, чтоб не сквозило. Прошлой зимой дамы простужались. «Знатно утеплили, – подумал Тихон. – Так, что сейф задней стенки лишился. И как смогли снять-то? Она ж должна быть металлическая». – Милая, – обратился он к горничной, не выходя из шкафа, – был ли тут кто помимо тебя? Заходил в последнее время? – Да много кто, – развела руками горничная. – Вот вы заходили, Елена Сергеевна была, княгиня на минутку заглядывала, я ей… – Девушка осеклась. – И другие дамы тоже были. Тихон призвал себя к терпению и ласково спросил заново: – А были ли кто, кого быть не должно? Или, может, ты отлучалась? Горничная заплакала. Елена Сергеевна сказала в спину Тихону ровным тоном: – Мария служит у меня много лет. Ее поведение ни разу не вызвало нареканий. Я всецело за нее ручаюсь. «Ох, зря вы за других ручаетесь!» – подумал Тихон, но отвечать не стал. Горничная рыдала, сотрясаясь от страха. Тихон состроил суровое лицо и повысил голос на девушку: – Придется рассказать! За содействие злоумышленникам, знаешь, какое наказание? Говори! Девушка в ужасе замотала головой, беспорядочно указывая то на одну, то на другую из дверей будуара. Тихону пришлось переводить этот язык жестов: – Вижу, что комната проходная, и что с того? – Кухарки были, – наконец пролепетала девушка. – Уж как просили меня! Им на кухню мешки оттаскать надо было. К праздничному ужину то крупу привезут, то овощи какие. А здесь бежать-то ближе, чем по черной лестнице, хоть и не положено так. Жаль их, так я и позволила, пока барыни нет. Они тихо бегали, как мышки, никто и не видал! Просили слезно, так я и уступила. Тяжело ведь. – Сколько их было? – Так две… – Как выглядели? Девушка растерялась. – Обычные. Одна такая, с веснушками. А вторая… вроде без… Горничная совсем смутилась. – В таких мешках крупы носили? – Тихон показал мешочек, который дала ему Елена Сергеевна. – Похоже, – пролепетала горничная. «Чудненько! Две женщины вынесли в мешочках из-под крупы бюджет провинциального городка», – подивился про себя Тихон. – А ты где была, пока они мешки таскали? – продолжил он допрашивать горничную. – Так здесь. – Спала? – Тихон вспомнил, какой его встретила Маша. Горничная снова зарыдала и бухнулась на колени, будто ее наконец уличили. – Не ругайте меня, барин! Мамка у меня больная, всю ночь в жару металась, я с ней была. Спала, признаю, не видела ничего. Но я не виновата! Сзади раздался сочувственный голос Елены Сергеевны: – Она не лжет. Я видела ее мать. Она действительно очень больна. Тихон вздохнул. Это ж надо девяносто тысяч проспать! Еще неизвестно, как горничной Маше придется расплачиваться за свою доброту да глупость. Жаль ее, хоть и не положено следователю никого жалеть. Что ж, задумка сродни театральному представлению: снять заднюю стенку сейфа и часть стены в дамской комнате, а после, не скрываясь, перетаскать в холщовых мешочках деньги на кухню. И все же разобрать деревянную стену в дамской комнате много ума не надо, а вот как злоумышленники с металлической стенкой сейфа-то совладали? Вопросы свои Тихон задал вслух, вернувшись в кабинет предводителя. Теперь уж побелел господин Пичугин. Осел в кресло, захватал ртом воздух, будто задыхается. Тихон некоторое время наблюдал за пантомимой, а потом скомандовал: |