Онлайн книга «Посредник»
|
На последнем слове Митя скривился и даже не попытался скрыть этого. – Простите, Денис Денисович, мне это совсем не кажется… потрясающим. Такой вид одаренности бывает крайне опасным. Бруханский внимательно всмотрелся в сыщика, нахмурился и вдруг просиял: – А я все ломал голову, откуда мне знакома ваша фамилия. Дело Визионера в прошлом году… Вы ведь как-то были к нему причастны? – Как-то был, – вздохнул Митя. – Точно! Боже мой, какой типаж, какое поле для исследований! Я ведь писал в газеты: такой уникальный талант не надо банально умерщвлять. Безусловно, природа его мании была немного губительна… – Немного? Одиннадцать трупов! – Ну да, ну да… Но, Диос милосердный, такой материал для изучения попадается нечасто. Так жаль, так жаль… – Знаете, я с ним много общался и абсолютно убежден: каким бы сумасшедшим вам ни казался Визионер, он прекрасно осознавал, что делает и зачем. – Именно поэтому я бы предпочел видеть его в этих стенах, а не в пеньковой петле. Дмитрий Александрович, человеческий мозг настолько сложное устройство, а мы в силах постичь лишь малую его часть. Игры ума подобных личностей – объект пристального изучения. Согласитесь, если мы просто будем казнить всех подобных «визионеров», медицина так и не научится распознавать их помыслы заранее и предотвращать пагубное воздействие. Митя задумался. – Пожалуй, вы правы. В тот момент мной двигало лишь желание возмездия. Я желал его смерти. И даже не думал о том, что подобные случаи могут повториться. – О, я с бы с удовольствием расспросил вас о нем. Не сейчас, не в рамках нашей беседы, но когда-нибудь… – Хорошо. Но теперь давайте вернемся к пациенту Чуприянову. Что послужило причиной смерти? – Кровоизлияние в мозг. Аневризма. Патологическое расширение сосуда. Увы, наша аппаратура пока недостаточно совершенна, чтобы диагностировать такие девиации организма на ранних этапах. Как выяснил прозектор, аневризма давила прямо на центр удовольствия пациента, отчего он всю жизнь искал новых развлечений и не мог остановиться. Наше лечение приглушило симптомы, но сосуд продолжал разрастаться и в конце концов разорвался. Чуприянов был обречен с самого начала. – Действительно трагичная судьба. Надеюсь, его пребывание тут в течение пяти лет было сносным? Его навещал кто-нибудь? – Редко. – Бруханский перевернул еще несколько страниц. – Журнал посещений невелик. Раз в год, на день рождения, в августе, приезжала пожилая родственница – Зубатова Дарья Васильевна. Она же, кстати, вносила основные средства на содержание. – Отлично. – Митя не переставая строчил в блокноте. – Далее – молодая дама. Некая Литвинова Варвара Дмитриевна. Одно посещение, вскорости после поступления, в шестнадцатом году. Более не приходила. После… – Доктор спустился на несколько строк. – Священник. Отец Иларион. За два дня до смерти. На этом все. Была еще сестра, Аделаида Юрьевна, но она прибыла уже после того, как пациент скончался. – Священник приходил лишь единожды? – Да. У нас есть часовня, но Вадим Юрьевич ни разу не проявлял интереса к вере. Он попросил позвать именно этого священника незадолго до смерти. – Вы знаете о сути их беседы? – Тайна исповеди, – развел руками Бруханский. – Лишь им двоим известен предмет разговора. – Я слышал, Чуприянов оставил для сестры какие-то бумаги? |