Онлайн книга «Посредник»
|
– Это вы? – хрипло произнес он. – А вас это удивляет? Мы же вчера виделись. – Не припомню, – помотал головой Хауд, и это простое движение, видимо, вызвало мучительную боль, потому что Петр Алексеевич застонал и схватился рукой за лоб. – А что помните? – Ангела, – драматически прошептал Хауд и поплотнее завернулся в плед. В глазах Петра Алексеевича блеснул безумный огонек. – Понятно, – ответил Митя. – Значит так… Я вам лекарство принес. Примите, а потом поговорим. Сыщик подтянул к топчану табурет, водрузил на него горшок с супом, открыл банку с огурцами и поставил рядом. – О боже… – Хауд вцепился в банку двумя руками и стал жадно глотать, пока не выпил весь рассол. Потом схватил ложку дрожащей рукой и принялся громко хлебать суп. Бросил ее и приложился прямо к горшку, звучно чмокая. – Простите… Митя махнул рукой, прохаживаясь по комнате. Через пару минут обернулся на протяжный вздох. Петр Алексеевич откинулся на стену. По его обвисшим щекам текли слезы. – Спасибо вам. Вас не иначе ангел послал. – Тот, которого вы якобы видели? – Митя убрал посуду на пол и сам уселся на табурет. – Видел! Диосом клянусь, видел! Кудрявый такой, золотоволосый. Он мне нектар в горло лил и приговаривал: «Пей нектар, а то огонь сожжет». «М-да, ангелом Глеба еще никто не называл», – усмехнулся про себя Митя. – А потом он мне ночью явился, – продолжил трагическим голосом Хауд. – Огненной палицей своей на стене послание оставил. – На этой? – показал рукой Самарин. – На ней, – медленно и осторожно кивнул Петр Алексеевич. – Предупреждение. О последствиях пития. – Послание – это хорошо, – одобрил Митя и закинул ногу на ногу. – Божественным посланиям надо доверять. Я ведь вас вчера спрашивал, хоть вы этого и не помните. Я спросил, зачем вы столько пьете, а вы мне ответили: «Потому что совестно». Так почему вам совестно, Петр Алексеевич? Ответьте не таясь, раз уж вас сам ангел предупредил. Хауд глубоко вздохнул, закрыл глаза, утер слезу краем покрывала и ответил очень тихо: – Совестно пить. «Так, круг замкнулся,– подумал Самарин. – Рекурсия. Змея, пожирающая собственный хвост». – Но все-таки должна быть какая-то более… глобальная причина? Вы что-то натворили? Что-то плохое? – Ничего, – снова тяжко вздохнул Хауд. – В том-то и дело. Я ничего не натворил. Вообще ничего. – Не поясните? – Мне сорок три года. А я ничего в жизни не добился. Ничего из себя не представляю. Клара… Она прекрасная женщина и, наверное, по-своему меня любит. Но с делами в похоронном бюро справляется лучше. Я там не нужен, от моего слова ничего не зависит. Да она и с моей жизнью справляется лучше. Вот костюм, например. – Хауд распахнул покрывало, открыв изрядно помятую одежду. – Как вам? – Нормальный костюм, – пожал плечами Митя. – Мериносовый, английский. – А я льняной хотел. С искрой, – поник Хауд. – Она сказала, что это непрактично, и вообще, владельцу ритуального дома негоже выглядеть модным и счастливым. Вы не думайте, я не жалуюсь на супругу. Она замечательная жена и мать… – Вот именно! У вас… необыкновенные дети. Можно заняться их воспитанием, раз уж на службе вы не к месту. – Дети… Хотел бы я быть для них авторитетом, но они растут такими самостоятельными. Им не нужны мои советы. Я… я не знаю, кто я, понимаете? |