Онлайн книга «Посредник»
|
Даша заботливо сервировала ужин и поставила рядом изящную фарфоровую чашку. А Митя, втянув носом запах, поразился. Ну надо же! Она наконец научилась его варить! Тот Самарин между тем просматривал газету, и Митя тоже решил присоединиться. Газета была знакомая – «Московский листок». Только название набрано другим шрифтом, а дата на первой странице стояла… восьмое марта тысяча девятьсот тридцать шестого года. Митя внутренне опешил. А тот Самарин даже глазом не повел. Заголовки были… тревожные. «Войска Великогерманского Рейха нарушили Версальский договор и заняли демилитаризованную Рейнскую область». «В Испании назревает гражданская война». «Максим Горький все еще пребывает в тяжелом состоянии. Надежды на излечение почти нет». «В свой первый полет отправился дирижабль “Гинденбург”». Митя подумал, что уж дирижабль-то точно обязан добраться до пункта назначения без происшествий. Должны же в этом мире быть хорошие новости? Тот Самарин перевернул последнюю страницу, и Митя прочитал внизу: «Главный редактор: С.Н. Озерова-Загорская». И в сердце (у кого из них двоих?) вдруг кольнуло отзвуком давней боли. Старой и почти забытой. Дмитрий отшвырнул газету. – Митрий Саныч, посуду можно забрать? – возле стола снова появилась Даша. – Забери. И это тоже, – он указал на газету. – Не хочу больше ее видеть. – Как скажете. – И еще… – Тот Самарин затарабанил пальцами по блестящей столешнице. Кольцо на пальце сверкнуло в лучах электрических ламп. – Через месяц мне понадобится новая помощница по хозяйству. – Это… как же… Митрий Саныч. – Даша уронила тарелки на стол, и руки у нее мелко задрожали. – А так, – ответил Дмитрий. – Сама понимаешь, не дура. Не первый год у меня. Деньгами не обижу. Погуляешь напоследок. О семье твоей позаботятся. Даша, сгорбившись, тихо плакала, роняя слезы на белый фарфор. – Не реви, Диоса ради, – поморщился тот Самарин. – Терпеть не могу бабских истерик. Претенденток через неделю приведи. Я должен посмотреть. Иди уже. Она ушла, продолжая всхлипывать. А Дмитрий подошел к окну, прикрыл глаза и повертел головой. Размял шею. Вздохнул. Потянулся к телефонному аппарату на тумбочке. Аппарат тоже был непривычный – черный, блестящий и… коренастый какой-то. Тот Самарин снял трубку и, не вызывая телефонистку, сразу набрал номер. – Слушаю, – отозвались там. – Это я, – хрипло произнес Самарин. Пауза в трубке длилась почти десять секунд. – И года не прошло. – Теперь Митя узнал голос повзрослевшего Глеба Шталя. – Чего хотел? – Просто узнать, как дела. – Нормально, – ответил Глеб. – Как сам? – Так же. Я подумал… Все-таки десять лет прошло, как… – Тот Самарин нервничал и пытался подбирать слова. Это давалось ему нелегко. – Мы же взрослые люди и способны забыть старые обиды. Мы могли бы снова общаться… как раньше. Шталь опять взял паузу. – Митя, как раньше уже не будет. Никогда. Мы можем общаться. Но. Условие ты знаешь. Оно не изменится. А ты, как я понимаю, ничего менять не хочешь. – Все сложно, Глеб. – Все проще простого. Ты выбрал. Я тоже. Это у тебя никого нет, а мы с Олей все еще хотим ребенка. И я не подпущу тебя к своей семье на выстрел, пока ты не избавишься от этой… дряни. Ты понял? Тот Самарин молчал. А Митя растерянно перебирал в голове версии. Что надо было сделать с Глебом, чтобы он так себя вел? |