Книга Проклятие дома Грезецких, страница 102 – Тимур Суворкин

– Мы? – переспросил я.

– Мы. Люди, помнящие, кому мы давали присягу. – Парослав Симеонович внимательно посмотрел на меня. – Сегодня вечером мы будем обсуждать все случившееся в Летнем дворце. Императрица просила тебя захватить с Ариадной. Но я сразу скажу, у меня-то что, меньше года до пенсии. И заслуг немерено. Если переворот и случится, дальше имения моего со щучками меня Голодов не отправит. А вот тебя, Виктор, он в порошок зубной разотрет, а затем куда-нибудь в острог на Енисей, тюремщиком работать отправит. Так что сразу подумай – тебе оно надо?

– Парослав Симеонович, если переворот начнется, я императрицу с оружием защищать буду. Да и вы, я думаю, тоже. Так что ни имения со щучками, ни острога на Енисее не будет. – Я пожал плечами. – Я действовать готов. И вечером с вами буду.

Парослав Симеонович удовлетворенно кивнул. Затем выщелкнул ампулу табачной настойки из железного, похожего на пистолетный магазин портсигара и закурил. Подняв глаза к потолку, старый сыщик принялся смотреть на клубы дыма, зыбкие, словно будущее нашей империи.

Ночью мы вновь были в Верхнем городе. Подъехав к хрустальной, искрящейся громаде Летнего дворца, мы миновали усиленную охрану ворот, состоящую из офицеров гренадерской роты, и въехали внутрь гаражей.

Несколько охранников провели нас к пневматическому лифту. Вскоре мы оказались на одном из верхних этажей дворца. Коридор из матового хрусталя привел нас в большой, наполненный людьми кабинет.

Во главе стола сидела сама Екатерина Третья. Рядом с ней стоял Григорий Евклидович Шунгитов, что-то нашептывающий императрице на ухо.

Неподалеку шеф жандармов Белоруков напряженно переговаривался с Серафимом Мороковым. Время от времени жандарм бросал испепеляющие взгляды на человека в гражданском костюме, сидящего в компании двух крепких мужчин в рабочих кожанках. Приглядевшись, я с огромнейшим удивлением понял, что вижу находящегося во всеимперском розыске Петра Елисеевича Бес-Стужева, человека, играющего весьма немалую роль в революционном подполье столицы. Также в комнате присутствовал генерал Пеплорадович и еще с десяток незнакомых мне людей.

Повинуясь указанию императрицы, мы сели за стол. Чуть позже вошло еще несколько сановников. Наконец князь Белоруков, спросив дозволения императрицы, начал речь:

– Я не знаю, как идет расследование у Парослава Симеоновича, но мое ведомство пока имеет успехи лишь тактического плана.

– Вы спасли мне жизнь, – покачала головой императрица.

– Я? Вам спас жизнь мой информатор в Промышленном совете. Да и то это, скорее, была удача. Он же считал, что на вас должны были напасть при выезде из дворца. – Белоруков покачал головой.

Шунгитов прервал шефа жандармов:

– Небеса подарили императрице чудесное спасение. Это главное.

Шеф жандармов покачал головой:

– И тем не менее, каким бы чудесным ни было спасение, пока оно дало лишь отсрочку неизбежного. Теперь без верных князю Трубецкому частей Промышленному совету не составит труда осуществить переворот. Генералитет у Голодова в кармане. Будет переворот – вмешиваться они не станут. Я надеюсь, все это понимают?

Генерал Пеплорадович покачал головой:

– Даже несмотря на смерть Трубецкого, у нас еще достаточно верных людей в войсках. Если переворот начнется, мы в первый же час тысяч семь солдат выведем.