Книга Проклятие дома Грезецких, страница 142 – Тимур Суворкин

– Виктор, разрядник!!! – успела рявкнуть Ариадна, а через секунду в воздухе уже блеснули нацеленные мне в шею лезвия.

Я вскочил и, рванув из кармана оружие, отправил разряд прямо ей в грудь. Напарницу выгнуло дугой, и она пошатнулась, падая на ковер. Второй выстрел я сделал в Белорукова, кинувшегося ко мне с выхваченным из трости клинком. Полыхнуло. Бывший шеф жандармов рухнул следом за Ариадной.

Я обернулся к напарнице. Силы одного разряда не хватило и близко. Ее мундир дымился, сыпал искрами, но она медленно вставала с пола.

И самым страшным во всем этом был тот абсолютный ужас, что плескался в глазах Ариадны.

Я кинул взгляд на высвеченные проектором слова.

– Ариадна‑19. Предистинацио. Гемма. Двести. Сто. Табуляция. Отмена приказов, – рявкнул я.

Машина посмотрела на меня:

– Аврелий Арсеньевич в третьем чине табеля о рангах. Вы в восьмом. Его приоритет выше. Сожалею, Виктор. Бегите.

Я не последовал ее совету. Бегать Остроумовы не привыкли. Особенно от машин за сто сорок четыре тысячи золотых царских рублей, которые в два счета их догонят.

С трудом вытащив из шокового разрядника медную батарею, я принялся забивать в него запасную, с ужасом наблюдая, как Ариадна поднимается на ноги. После попадания заряда движения ее стали рваными, ломкими, но я не сомневался, что и этого мне хватит.

Я вскинул разрядник.

Она резко отступила, выдерживая безопасную дистанцию между нами.

Я облизнул пересохшие губы:

– Ариадна. Борись. Ты выше программ.

Сыскной механизм издал смешок:

– Виктор, я правильно вас поняла, весь план нашего спасения в этом? В этом случае вы труп, поздравляю.

– Ариадна. Ты можешь это сделать. Ты такая же, как мы. У тебя есть воля.

Глаза Ариадны полыхнули.

– Виктор, не можете помочь, так хоть не сбивайте меня с мыслей! Я же ищу выход из этой ситуации. Главное, найти его, до того как я придумаю, как вас убить.

Она шагнула в сторону, стараясь обойти меня. Я повел разрядником и вновь взял ее на прицел. Можно было резко кинуться вперед, сократить дистанцию и выстрелить, но делать этого я пока не решался – разрядник был слишком неточен, а в случае промаха я бы сразу попал под удар лезвий Ариадны.

Напарница меж тем продолжала говорить:

– Так… Так… Белоруков не говорил про лезвия. Я вправе забить вас кулаками. Так вы точно умрете позже. Ну вот, у нас есть прогресс. – В голосе Ариадны я различил нотки откровенной паники.

Со стуком она убрала клинки, затем обманчиво неторопливо двинулась вдоль стены.

– Виктор, осторожнее. Кажется, у меня возникает идея.

– Идея, как это прекратить?

– Боюсь, что нет, – только и успела произнести Ариадна.

В ее глазах промелькнула откровенная паника, а через миг она странным, абсолютно механичным движением шагнула к столу, молниеносно подхватила тяжеленую бронзовую пепельницу в виде грифона и со всех сил швырнула ее в меня. Я рефлекторно отшатнулся, металл чудом разминулся с моей головой, но ствол разрядника ушел в сторону, и сыскная машина, воспользовавшись этим, мгновенно бросилась вперед.

Я непроизвольно выстрелил, не глядя, наугад. Мимо. А в следующую секунду я получил такой удар кулаком в подбородок, что рухнул на ковер. Разрядник вылетел из руки. Ариадна не дала мне встать. Тут же кинувшись на меня сверху, она вцепилась в горло, сдавливая его с неумолимой силой. Я захрипел, не в силах вздохнуть, и рефлекторно вцепился в ее руки, отчаянно пытаясь разжать механическую хватку. Воздуха становилось все меньше, легкие горели огнем. Сквозь бешеный стук сердца в ушах я с трудом различил голос напарницы: