Книга Сердце жаворонка, страница 135 – Лев Брусилов

Фома Фомич все придумывал на ходу:

– Вас это, конечно, может удивить, – начальник сыскной еще не договорил, а кассир, соглашаясь, энергично мотнул головой.

– Да, меня это удивляет, – проговорил мягким, вызывающим доверие голосом кассир. – Где я, а где начальник сыскной?

– А дело, собственно, вот в чем… Вы, конечно же, слышали о том, что Алессандро Топазо… – полковник замолчал, делая небольшую скорбную паузу, – что мировая знаменитость Алессандро Топазо был убит?

– Да-да, я слышал об этом, – закивал кассир, – очень печально! И совсем не понять, кто это его и главное – за что? Кто мог у нас в городе желать зла мировой знаменитости? Ума не приложу… – Кассир коснулся лба кончиками пальцев левой руки, мизинец не разгибался.

– Мы пока не можем ответить на эти вопросы, – проговорил фон Шпинне. – Но это, как я уже сказал, – пока. Мы как раз сейчас проводим расследование, опрашиваем людей, которые могли что-то видеть или слышать. По этой причине вы находитесь здесь…

– Но что я могу? – удивился, как понял начальник сыскной, вполне искренне Набобов. Либо он так уверен в своей неуязвимости, что совсем не чувствует опасности, либо хорошо играет невозмутимость. Да, опасный человек.

– Что вы можете? – вслед за кассиром повторил полковник. – Как вы, наверное, знаете, вечером, после представления и званого ужина в доме губернатора, Топазо прибыл к себе в номер, где у него было несколько визитеров, все из театра. И вы тоже приходили к нему, ведь так? – Начальник сыскной слегка поднял брови.

– Да, я был вечером в номере Топазо, но кроме меня там побывала чуть ли не половина театра.

– Верно-верно, но, – начальник сыскной пододвинул к себе лежащую чуть в стороне бумагу и прочел с нее, – со слов швейцара Еремина, портье Кузьмина, коридорного Мракова, вы посещали Топазо последним. Вы ушли, и более никто к нему не приходил, по крайней мере так утверждают свидетели. Значит, вы, Иван Григорьевич, видели Топазо последним, потому как следующим утром его нашли в номере мертвым.

– Вы что же это, меня подозреваете? – тряхнул головой кассир и удивленно-испуганно уставился на фон Шпинне. И в этот самый момент начальнику сыскной показалось, что Набобов по-настоящему испугался, что подобный поворот оказался для него неожиданным.

– Ни в коем случае! – воскликнул Фома Фомич, откладывая в сторону бумагу, с которой зачитывал фамилии свидетелей. – Мне такое даже в голову не могло прийти…

– А почему? – насторожился кассир и чуть подался вперед, недоверие так и сочилось из его светло-голубых глаз.

– Я, если честно, не вижу в этом никакого смысла, – проговорил полковник. – Зачем вам убивать Алессандро Топазо? Или вы знали его раньше? – начальник сыскной задал первый провокационный вопрос.

– Алессандро Топазо? Я? – спросил кассир с недоумением в голосе и рассмеялся: – Позвольте, но откуда, откуда я мог его знать? К тому же я о нем впервые услышал, вот, – он указал обеими руками в сторону, так обычно делают, когда ссылаются на недавние события, – буквально накануне его приезда. А до этого – ни слухом ни духом. Поэтому к смерти Алессандро Топазо я не имею никакого отношения.

– А я вам верю! – кивнул начальник сыскной и широко улыбнулся. – Вы не могли его убить, потому как Алессандро Топазо умер десять лет назад, умер своей смертью в Швейцарии, от старости, там же, в Швейцарии, и похоронен.