Книга Сердце жаворонка, страница 79 – Лев Брусилов

– Как унесла? Куда? – Губернаторша сделала несколько шагов в сторону Маши.

– А я не знаю, – замотала головой прислуга, – мне-то откуда это знать? То, что сама видела, вам и доложила – нет в комнате Марии ничего, пусто…

Наталья Федотовна стояла, чуть разведя руки в стороны, и только хлопала глазами. Потом, вспомнив, что в комнате находится человек, который может ответить ей на возникшие вопросы, перевела взгляд на Фому Фомича. Тот продолжал сидеть на стуле и спокойно поглядывал то на ее превосходительство, то на служанку Машу.

– Я ничего не понимаю, – тихо и как-то обреченно проговорила губернаторша. – Может, вы, господин фон Шпинне, мне объясните?

– Да я затем, собственно, и пришел. – Начальник сыскной встал, потому что счел неудобным далее сидеть в присутствии жены губернатора. – Все объяснить пока не смогу, но что-то растолковать мне будет по силам. А прислугу можно отпустить.

– Ступай! – вяло проговорила, не глядя на служанку, Наталья Федотовна. – И дверь за собой прикрой… Я слушаю вас, Фома Фомич, – после того как ушла служанка, сказала губернаторша.

– Сбежала ваша горничная! – Начальник сыскной обрушил на голову ее превосходительства жестокую правду. Наталья Федотовна покачнулась, приложила руку к груди и, сделав несколько шагов назад, безвольно опустилась на диван. Сел и Фома Фомич. Полковник понимал, в каком состоянии сейчас находится губернаторша. Когда думаешь, что знаешь человека от и до, когда можешь, как тебе кажется, предсказать все его действия, когда видишь его насквозь, более того, доверяешь ему настолько, что готов делиться даже сокровенным, когда уверен, что огромное добро, которое ты сделал для этого человека, является железной гарантией того, что он никогда и ни при каких условиях тебя не предаст. И вдруг, когда в одночасье все это доверие с треском и шумом рушится тебе на голову, ты пребываешь, мягко говоря, в ужасе.

– И что же мне теперь делать? – Губернаторша не сводила с начальника сыскной вопросительного взгляда. Глаза ее лихорадочно блестели, а руки не знали покоя – то сплетались, то расплетались…

– Прежде всего вам, Наталья Федотовна, нужно проверить все ваши драгоценности, у вас ведь есть драгоценности?

Вопрос, который задал Фома Фомич, конечно же, был лишним, но сделал он это намеренно, пытаясь тем самым вызвать в чувствах губернаторши так называемый встречный пал, чтобы новое возмущение чуть пригасило старое. И это сработало.

– Ну разумеется! – выпрямилась ее превосходительство. – Где вы видели женщину, у которой нет драгоценностей? Просто у одних их больше, у других меньше…

Начальник сыскной даже не пытался развеять эти милые заблуждения Натальи Федотовны. В конце концов, у нее есть право так думать.

– Так вот, – вернулся к своим рекомендациям Фома Фомич, – нужно проверить все ваши драгоценности, не пропало ли что?

– Вы думаете, что Мария могла меня… – Губернаторша запнулась, щеки ее набрякли, нелегко ей далось это слово, но она смогла его произнести: – Обокрасть?

– Да, – просто и как-то обыденно сказал начальник сыскной.

– Но это невозможно! – Наталья Федотовна проговорила это возмущенно.

– Почему? – все так же обыденно спросил Фома Фомич.

Поскольку ее превосходительство молчала, продолжил говорить Фома Фомич:

– У вас есть список или перечень драгоценностей?