Книга Вианн, страница 55 – Джоанн Харрис

– Покрасить стены – дело недолгое. С лаком вот придется повозиться, но погода еще хорошая, проветрим, так что запаха не будет. И тогда ты решишь, чего здесь не хватает. У меня уже есть кое-что полезное. Колыбелька. Кое-какая детская одежда. Игрушки. Они все в старом шкафу в моей комнате. Руки не дошли выбросить, а тебе они скоро пригодятся.

Я никогда раньше не слышала, чтобы Луи столько говорил. Обычно он отвечает односложно, но этим утром говорил без умолку; слова лились из него, как вино.

– Луи, это очень мило с твоей стороны. Но…

– Я знаю, знаю. Еще шесть месяцев.

Он усмехнулся.

– Для меня это все равно что завтра. Ты молода. Но, поверь, шесть месяцев – это очень мало для подготовки.

Он посмотрел на меня.

– И тебе это нужно, Вианн. Потому что сейчас у тебя нет ничего. Ни постоянного жилья, ни банковского счета, ни номера социального обеспечения. Ни медицинской страховки, ни родных, ни обручального кольца, ни парня.

– Я справлюсь, – сказала я. – Как всегда.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – возразил Луи. – Сколько тебе лет? Двадцать? Двадцать один? У тебя никого нет. Как только ты придешь в больницу на осмотр, тебе придется объяснять врачам и социальным работникам, как ты собираешься растить ребенка. Иначе его заберут. Это ты должна понимать.

«Он думает, это мальчик, – сказала я себе, размышляя о розовых пинетках. – Точно так же как Марго была уверена, что у нее родится мальчик».

Я покачала головой.

– Они не могут.

– Могут и заберут. Но я могу помочь. Я могу поддержать вас обоих. Я разберусь с бумагами, врачами и страховкой. Я могу стать кем-то вроде приемного дедушки для малыша.

Я уставилась на него.

– Погоди, что?

– На всякий случай, Вианн, – продолжил Луи. – Я не попрошу тебя больше ни о чем. Господи, да ты мне в дочки годишься. Но когда ребенок родится, вы с ним не останетесь одни. Я скопил денег. Бизнес идет хорошо. И ты можешь продолжить работать у меня на полставки, а у ребенка будет своя комната. Она прямо под твоей, так что ты будешь его слышать. И…

Он немного смутился.

– Приятно будет смотреть, как он растет. Знать, что я наконец-то сделал что-тохорошее.

Ах, Луи.Мне так жаль. Конечно, он желает мне добра. Но это не простожелание. Я чувствую его вокруг, воздух вибрирует, словно звонят беззвучные колокола. Корни ненасытны, думаю я. Подобно детям, они думают только о пище. Сквозь пылинки, сверкающие в воздухе, я вижу внезапные проблески возможного будущего в его воображении: я сижу с ребенком в кресле-качалке. Спальня выкрашена в желтый и голубой. С таблички на внутренней двери свисает пара голубых пинеток. На табличке написано единственное слово: Эдмон.

Вотчего я добилась. Воткакую перемену призвала. Я вернула надежду, но какой ценой? Вернула любовь за счет своей свободы? Дать имя – значит заявить свои права.И как скоро Луи спросит, выбрала ли я уже имя? Как скоро объявит моего ребенка своим? Как скоро лицо моей маленькой Анук сменится незнакомым лицом?

– Я знаю, тебе нужно подумать, – сказал Луи, увидев выражение моего лица. – Все в порядке. Думай сколько нужно. А пока я попросил своего друга… врача… зайти и осмотреть тебя. Он хороший человек и неболтливый. Он убедится, что с тобой и ребенком все в порядке.

– Это очень мило с твоей стороны. Но я…