Книга Она (не) для меня, страница 72 – Полина Ривера

— Ну… Давай, — недоуменно протягивает он.

Я тараторю, на ходу сочиняя сюжет про милую простушку, попавшую в беду. Сую Эмилю под нос листок с дурацким планом из пяти пунктов — на большее меня не хватило. Но он перехватывает мои запястья и сжимает их до боли.

— Эмиль, пусти… Мне больно.

— Никогда больше не смей подходить к незнакомым людям, даже, если те подыхают у тебя на глазах. Ты поняла?

— Это… просто старик. Я, по-твоему, должна была стоять в стороне? И проявлять равнодушие на глазах у дочери? Пусти!

— Прости, Ками, — Эмиль словно обмякает. — Пока тебя ищет Агаров, это может быть опасным. Кто знает, что у него было на уме, у того старика? Он мог дать тебе по голове и затащить в лодку. Увезти в неизвестном направлении и…

— Не смог бы. За мной по пятам ходит Юрий. Он не позволил бы это сделать.

— Я обязательно выясню, кто этот старик.

Резван.

— Как ты поживаешь, сынок? Тебе лучше?

Глажу Амирана по голове, отмечая здоровый румянец, расцветший на его щеках. Хорошо, что Эдуард уехал. Я хоть немного отвлекся. Вернулся к проблемам домашних и перестал привлекать к себе ненужное внимание. Мне трижды звонил Сергей Яковлевич. И три раза я убеждал его, что вожусь с сыном и не собираюсь бороться с Агаровым. Отвечал нарочито спокойным голосом, жаловался на отсутствие ресурса и сил. Надеюсь, Богородицкий мне поверил. Он вздыхал в динамик, упрашивал меня попробовать еще, но я оставался беспристрастным. Твердил одно: сын в больнице, отец сильно сдал из-за всех этих событий. И, вообще, я подумываю вернуться в Америку. Если мой бывший детектив — шпион, информация быстро просочится к Агарову. Он перестанет воспринимать меня, как угрозу.

— Мне лучше, папа. И я хочу домой.

Таня ерзает на стуле за моей спиной. Вздыхает, словно опасаясь произнести вслух мысли.

— Ты что-то хотела сказать?

— Резван, давай отойдем к окну? — предлагает она. Поправляет выбившуюся прядь и кокетливо взмахивает полами длинного платья. Пытается привлечь мое внимание — понимаю.

— Слушаю тебя, — поджимаю губы.

— Ты прав насчет своих подозрений, — тихо произносит она. — Мне кажется, я видела машину твоего детектива с людьми Агарова.

— Черт! И почему ты молчишь? Когда это было?

— В тот день, когда ты ездил с Эдуардом… по делам. Прости, ты не делишься своими проблемами, я говорю то, что украдкой слышу из твоих телефонных разговоров.

— Да, ты права. Эдуард — мое доверенное лицо. Я знаю точно, что он не ведет двойную игру. Он честный. А Богородицкий… Поначалу он казался мне заинтересованным, а теперь… Скорее всего, Агаров отвалил ему крупную сумму за молчание. Он намеренно делает все, чтобы у меня ничего не получилось. Таня, ты только молчи, прошу тебя!

— Конечно, ты мог бы не просить меня. Я очень хочу, чтобы ты вернул дочь. Правда, — часто моргает Таня. — Не воспринимай меня врагом.

— Спасибо. Когда вы возвращаетесь?

— Думаешь, стоит? Меня ничего не держит в Америке. А здесь… ты…

— Тань, мы же договорились?

— Ладно, ладно, не бойся. Я не об этом. Мы друзья, я понимаю…

— Я предлагаю вам вернуться в Америку для безопасности, Тань. Не думаю, что Богородицкий названивает мнепросто так. Они будут следить, пугать, пытаться забрать самое дорогое. Вам лучше вернуться домой. А потом, если ты захочешь, я куплю вам квартиру или дом в городе. После того как весь этот кошмар закончится.