Онлайн книга «Яд изумрудной горгоны»
|
– А с какой целью тело могли перемещать?.. – поинтересовался Кошкин. – Возможно, вовсе хотели вынести из лазарета, да не рассчитали сил. Возможно даже, с этой целью и открывали окно… – А возможно, что тело вовсе никуда не перемещали, а это обыкновенные потеки крови! – холодно заметил Воробьев. Кошкин глянул на него с непонятным раздражением и спросил судебного медика прямо: – И все же, Михаил Львович, это похоже, по-вашему, на потеки крови или нет? – Да, это могут быть потекикрови… – нехотя согласился Нассон. – И все же, опираясь на факты, я не могу однозначно согласиться, что первый выстрел был сделан в спину. Несмотря на оговорку, Воробьев победно блеснул стеклами очков – тем более что и Кошкин, кажется, был с ним согласен. – Пусть это и потеки крови, но и следы волочения на сорочке есть. То есть тело все же передвигали? – Да, я уверен в этом! – кивнул Нассон. И Воробьев на сей раз спорить не стал. – В таком случае, убийца должен был весь перепачкаться в крови? – продолжал Кошкин расспрашивать Нассона. – Несомненно! И руки, и одежда, и уж точно подошвы ботинок. Возле тела, помнится, были отчетливые следы обуви. Кошкин кивнул и записал все в блокнот, потом спросил: – Михаил Львович, прежде чем нас прервали, вы намеревались показать мне пули, извлеченные из тела… Они отошли к соседнему столу, где Нассон предъявил Кошкину металлический лоток с позвякивающими на дне двумя пулями. Кирилл Андреевич тотчас склонился, внимательно изучая – впрочем, в оружии он разбирался слабо. – Мощное оружие было оружие, как видите, – пояснил Нассон, – патроны по типу 450 Адамс. – Как от «Британского бульдога»… – пробормотал Кошкин. – Да. Оружие тяжелое, такой если и не убьет, то уж точно свалит с ног с первого выстрела, так что… шансов выжить не было, к сожалению. У второго-то доктора пуля навылет прошла и органов не задела, везунчик. – У второго пуля такая же? – Такая же, из одного оружия в них стреляли. – Я слышал, – решился напомнить о себе Воробьев, – «Бульдоги» часто используют дамы… именно из такого Вера Засулич в 1878 году стреляла в генерала Трепова… Нассон нехотя вздохнул: – Вынужден согласиться с коллегой, Степан Егорович. «Бульдог» излюбленной оружие налетчиков, революционеров и женщин. Последнее замечание заставило Кошкина нахмуриться сильнее обычного, да и Воробьев притих, пойманный врасплох. Ладно, если в убийстве замешана женщина, но революционеры… Нет, конечно, Кирилл Андреевич не боялся их. Просто политика в целом – это была та сфера, в которой он был вовсе несведущ. Не интересовался и даже не стремился к этому. Революционеры, народники, террористы – он в самом деле не улавливал ни малейшей разницы меж ними и совершенно искренне не мог понять: отчего бы всем им просто не найти себе занятие по душе да не жить в свое удовольствие? Пишут,что они душой болеют за простых людей, за крестьян, за рабочих – но только Кириллу Андреевичу, увы, приходилось слышать, как рабочие в трактирах после трудового дня отзывались о той же Вере Засулич… и теперь мог с уверенностью сказать, что им заступничество сей дамы не нужно точно. Но Вера Засулич едва ли посещала те трактиры, оттого и воображала, что знает лучше рабочих, что этим самым рабочим нужно для счастья… – Хорошо… а что по поводу второго трупа? Девушки? – спросил Кошкин у Нассона, и Кирилл Андреевич тоже стал слушать, с удовольствием выкинул из головы ненужные мысли. |