Книга Проделки Новогоднего духа, страница 112 – Ольга Токарева

— А я-то гадала, откуда ветер дует? — протянула в задумчивости, а затем, словно очнувшись, дернула герцога за рукав камзола. — Но ты ведь обещал, — прошептала невнятно, однако достаточно громко, чтобы слова разнеслись по залу, словно легкое дуновение интриги.

В едином порыве гости навострили уши, в уме уже плетя кружева догадок о том, что Андмунд мог пообещать ей. Даже он сам окинул меня недоуменным взглядом.

— Забыл уже, значит… — пробормотала я, опустив голову, накинув на лицо легкую тень печали, выдавила из себя одинокую слезу.

— Свадьбу сыграем немедленно! Герцогиня уже надевала свадебный наряд, ей незачем ждать отведенного для свадьбы срока! — провозгласил король, довольный своей властью. Видно, моя диверсия подбросила масла в огонь, и он решил поторопить события. Мало ли я герцога у него из-под носа уведу, и вся его интрига пойдет прахом.

— С превеликим удовольствием исполню вашу волю, — отчеканил Андмунд. С непринужденной легкостью выскользнув из моего захвата, он склонил голову в притворном извинении и направился к Анрии.

Мой взгляд, прикованный к нему, был полон таким обожанием и щемящей тоской, что у гостей точно не осталось и тени сомнения: между нами пылал тайный роман. Что ж, немудрено. Пять лет плена, без единого женского взгляда, а тут появляюсь я — воплощение соблазна.

Анрия все-таки умудрилась упасть в обморок, когда к ней подошел Андмунд. Еще бы, в его глазах было столько льда, что ни у кого не осталось сомнения в том, что он презирает девушку.

В маленькойчасовне молодых обвенчал священник, уже принявший на грудь грамм сто, может, и больше. Его глаза сияли, словно луна в ночном небе. А после веселье продолжилось, но теперь уже за здоровье и счастье новобрачных.

Помня о том, что я должна до конца пиршества оставаться в трезвом уме и здравой памяти, я пила маленькими глотками квас, раздавая взглядом всеобщую печаль, вызванную быстрой женитьбой Андмунда.

Гости бросали на меня взгляды, полные яда и насмешек, обменивались колкими репликами, а я в ответ лишь устало вздыхала. Наконец новобрачных стали провожать в опочивальню, и я, успев лукаво подмигнуть герцогу, словно змея, проскользнула между развеселившимися гостями и направилась к себе.

От ванны воротило, поэтому, скинув лишний балласт в уборной, я, словно пьяный матрос на палубе, доковыляла до кровати. Не раздеваясь, рухнула на нее, обняла подушку и с ощущением выстраданного триумфа провалилась в беспамятство.

Проснулась от шепотков в комнате. С трудом приподняв голову, я приоткрыла сонный глаз и, заметив крадущиеся тени Агаты и Паулы, тут же рухнула обратно в подушку, надеясь досмотреть ускользающий сон. Ага, размечталась. Их неугомонное шушуканье продолжало терзать тишину.

— Чего расквохтались, наседки? — проворчала я с недовольством, растягивая ленивую зевоту.

— Ой… А вы уже не спите, — прозвенел голосок Агаты, словно колокольчик в утренней тиши.

— Уже нет, — отозвалась я, пряча зевок за ладонью. Привстав, вопросительно взглянула на служанок.

— Тут такое приключилось, что мы в полнейшем недоумении, — добавила Паула, в голосе слышалось неприкрытое волнение.

— Что стряслось? Метеорит на землю рухнул, али король преставился? — поддела их, вскинув бровь с деланной небрежностью.