Книга Ведьмы кениграйха, страница 16 – Анна Ланг

— Благодарю тебя, дорогая, ох, они бедные, натерпелись! — продолжила рассказ монахиня. — На моих глазах кенигсгвардейцы схватили Морица, владельца газетного киоска, стянули ему на шее шарф, поволокли его по земле, а потом ещё наподдали бедняге дубинками. Больно досталось и беременной Юдите, дочке зеленщика.

Бравые стражи не пожалели и ее, бывшую в тягости. А ведь люди — то стояли на площади с распятиями в руках, дарили гвардейцам розы, и в ответ на крики и дубинки, безоружные, просто поднимали руки вверх. После дубинок настал черед ядовитых газов и брандспойтов.

— Об этом не напишут в имперском вестнике…

— Под действие ядовитого облака попали женщины и дети. А брандспойты, из которых вовсю хлестала ледяная вода, способны убить человека с хрупким здоровьем и слабым сердцем.

Девушка, Клара, которой сейчас так нужна твоя помощь, дарила кенигсвардейцам розы, она что — то кричала им, яростно кричала, после чего полицейские отступали на какое — то время, а потом вновь продолжать сбивать горожан потоками обжигающе холодной воды.

Ледяной напор лишил бы жизни старого Рихарда и его дочку, малышку Лотти, если бы не Клара, Рихард слаб здоровьем, и держится на этом свете лишь потому, что у него кроме дочки нет никого. Клара, заметила брандспойт, который гвардеец направил на стоящего беззащитного старика и хрупкую девчушку.

Девушка просто прикрыла их собой. Она попала под перекрестье нескольких брандспойтов, ей достались и пары ядовитых газов. Клару, уже тогда бездыханную, отбросило к стене. Особо свирепствовал один гвардеец, он собирался отходить бездыханную девушку дубинками, если бы не закричал старый Рихард. Ему удалось сбежать от гнева гвардии. Толпа отбросила жандармов, а из груди Клары вырвался ослепительный свет, роза, которая лежала рядом с девушкой, превратилась в белую горлицу.

Горожане отстояли порт. Вести о жителях Трицштайна доходят до других городов кениграйха. Родственники пострадавших перешептывались, что кениг капитулировал, но не столько из — за бесконечных протестов, а из — за давления союзников.

Перекрыв порт, люди наступили на самую больную — финансовую — мозоль, и возможно, позорная хлебная карта будет преданазабвению. Чудом Божиим обошлось без жертв, только вот Кларочка, — глаза Мария — Француазы вновь наполнились слезами, — обездвижена, и боюсь, она больше не сможет ходить.

Лили тронула монахиню за плечо.

— Пойдемте же, посмотрим, что можно сделать.

Первый пролог. За несколько лет до встречи с Кларой. Воспоминания мужчины.

На мессе в церкви, как всегда, было многолюдно. Пастор вещал с амвона о Божией любви, устало смотрел на паству. Для людей посещение дома Божьего давно превратилось в привычку.

Но сегодня слуге Господнему предстояло выполнить важное поручение. После мессы, когда церковь опустела, и священник остался практически в одиночестве, он подошёл к мужчине, который зажёг свечку у Непорочной Девы Марии. Священник отметил военную выправку, нарочито скромную и незаметную одежду, хищный профиль и так не вязавшийся с уверенным обликом грустный взгляд.

В руки незнакомца легла потрёпанная тетрадь. Мужчина, не желая огорчать святого отца, взял тетрадку, машинально пролистал и остолбенел. Лили… сумеет ли когда-нибудь он отыскать женщину, забравшую его сердце и покой.