Книга Просто конец света, страница 77 – Анна Кавалли

«До завтра» – значит минимум «до послезавтра». Биологический с нами почти не живет.

На работе всем врет про идеальную жизнь, идеальную жену и идеального сына – Юра из параллельной реальности играет в футбол, мечтает стать хирургом, как отец, и встречается с девушкой из интеллигентной семьи. Юра из параллельной реальности все еще лучший друг Руслана Орфеева, обожает спорт и не читает дурацких книжек – только научные статьи в медицинских журналах.

Юра из параллельной реальности переживает, ведь у его любимой мамы рак: онкология – социально приемлемая болезнь, удобная, ничего общего с психическим расстройством. Интересно, что с тобой будет, Юра из параллельной реальности, если – или когда? – биологический получит настоящую идеальную жизнь, настоящую идеальную жену и настоящего идеального сына?

Мразь, гребаный маньяк, маньячелло, Чикатило, убил Нюктову и радуешься, убил и думаешь, все с рук тебе сойдет, лучше бы ты сидел и не высовывался, лучше бы ты вообще на свет не появлялся, чтоб ты уснул и не проснулся, чтоб ты сдох, чтоб ты, сука, сдох, как вообще таких, как ты, планета носит, чтоб ты сдох, чтоб ты сдох, чтоб ты сдох, ходи и оглядывайся, мы знаем, где ты живешь, мы знаем, где ты гуляешь, мы знаем.

«Что вы чувствуете, Юра, когда вам ежедневно пишут такое?»

Привычка имитировать диалоги со школьным психологом осталась с детства. Дурацкая привычка, в сущности, и абсолютно бесполезная. Как и походы к школьному психологу.

На все сообщения, какая я безнадежная тварь и как буду гореть в аду, отвечаю в ВК смеющимися смайликами. Большинство тех, кто мне пишет, – анонимы. В лицо никто ничего сказать не решается, и в этом – весь район.

Закуриваю. Дома – или в том месте, которое для удобства принято называть домом, – я начал курить недавно. Хотя за это все равно не наказали бы – и не накажут. Есть что‐то нездоровое и утомительное в том, что в последнее время я могу делать все что хочу. Сразу ничего не хочется, вообще. Жить – особенно.

Шутка, конечно. Драматичные подростки обязаны шутить о смерти.

«Что вы чувствуете, Юра?»

Вибрирует телефон. Конечно, это Джен – и ее неистовая любовь к SMS. Может, стоит наконец сказать и про сообщения, и про надпись на двери? Сказать – не сказать – сказать – не сказать – сказать…

…не сказать. Точно не сказать. Джен не до моих офигительных историй. Да и я, кажется, разучился ими делиться.

«Что вы чувствуете, Юра?»

Конечно, я соврал.

Спать я не хочу и вряд ли захочу в ближайшее время. У меня бессонница. Это нормально для подозреваемого, если ты не в курсе, сестренка. Впрочем, конечно, в курсе. Только вот никто не будет всерьез подозревать в убийстве девчонку – девчонок в районе принято недооценивать. Я – другое дело. Я – идеальный подозреваемый. Я странный, я Псих, я тот самый «парень с ножом», я – парень.

Как быстро полиция прислушается к подозрениям дворовых, поймет, что никакого маньяка в лесу нет, и переключится на меня?

Интересно, сколько лет дадут несовершеннолетнему за убийство?