Книга "Кавказ". Я нагулялся, Пышечка, страница 18 – Евгения Кец

— Марьяна, — говорит.

— Да?

— Он был неправ.

— В чём?

— Во всём. Ты — красивая. И не «для разнообразия». По-настоящему.

— Ты так говоришь, потому что хочешь понравиться.

— Нет. Говорю, потому что правда.

— Откуда ты знаешь, что правда?

— Потому что я смотрю на тебя — и вижу. Не размер, не вес. Тебя. И ты — красивая.

Слёзы опять. Третий раз за два дня. Что со мной?

— Эй, — он достаёт салфетку. — Опять?

— Извини. Я обычно не такая плаксивая.

— Ничего. Плачь, если надо.

— Надо?

— Иногда — надо. Выпустить то, что накопилось.

Беру салфетку. Вытираю глаза.

— Спасибо, — говорю.

— За что?

— За то, что не смеёшься.

— Над чем?

— Надо мной. Над моими слезами. Над... всем этим.

— Марьяна, — он берёт мою руку. Осторожно, нежно. — Я никогда не буду смеяться над тобой. Обещаю.

Смотрю на его руку. Большая, тёплая, надёжная.

И впервые за долгое время — верю.

Наверное, я сошла с ума…

Воскресенье.

Лежу на диване, смотрю в потолок. Думаю.

Вчера было... странно. Хорошо-странно. Руслан, ужин, а потом мы ездили в приют для собак, где, как оказалось, Руслан помогает. Я и подумать не могла, что он волонтёр в таком месте. Вспоминаю щенка — Рыжик, он уткнулся мне в ладонь и смотрел так, будто я — единственный человек на свете.

И Руслан не шутил, не подкатывал. Просто — был рядом.

Телефон звонит.

— Привет, — его голос.

— Привет.

— Как спалось?

— Хорошо. Снилась собака.

— Рыжик?

— Ага.

— Он по тебе скучает.

— Откуда ты знаешь?

— Люда написала. Говорит — воет с утра.

— Правда?

— Нет.

— Руслан!

— Что? — слышу улыбку в голосе. — Ты же говорила, что я мало шутил. Вот, исправляюсь.

— Исправляйся в другую сторону.

— В какую?

— В молчаливую.

— Не умею.

— Заметила.

— Слушай, — говорит он. — Ты занята сегодня?

— Нет. А что?

— Хочу тебя украсть.

— Украсть?

— На прогулку. Погода хорошая. Погуляем?

— Это свидание?

— Это прогулка. Свидание — когда ты согласишься.

— А я не согласилась?

— Пока нет. Но я терпеливый.

Смеюсь. Чёрт, я опять смеюсь.

— Ладно, — говорю. — Прогулка. Без обязательств.

— Без обязательств.

Гуляем по набережной.

Март, но тепло. Солнце, ветер. Люди с собаками, дети вовсю гоняют на велосипедах, парочки целуются на лавочках.

Идём рядом. Не за руки — просто рядом.

— Расскажи о себе, — говорит Руслан.

— Что рассказать?

— Всё. Откуда ты. Чем живёшь. О чём мечтаешь.

— Это много.

— У нас время есть.

Молчу. Думаю, с чего начать.

— Родилась здесь, — говорю. — Выросла. Школа, институт, работа. Ничего интересного.

— Семья?

— Мама. Сестра. Отца нет.

— Что случилось?

— Ушёл. Нашёл другую. С тех пор — не видела.

Руслан молчит. Не говорит «извини» или «сочувствую». Просто — молчит. Слушает.

— Мама после этого... — я замолкаю. Не знаю, как объяснить.

— Что?

— Зациклилась на контроле. На внешности. На том, чтобы мы с Алиной «не повторили её ошибок».

— Каких ошибок?

— Расслабились. Перестали следить за собой. Поэтому отец ушёл — так она думает.

— Это бред.

— Я знаю. Но она — не знает.

Руслан качает головой.

— А Алина? Сестра?

— Младше меня на два года.Худая. Очень худая.

— Это плохо?

— Это болезнь. Она не может есть. Смотрит на еду — и тошнит.

— Из-за мамы?

— Да.

— А ты?

— А я — наоборот. Заедаю стресс. Чем больше мама давит — тем больше хочу есть.

Он смотрит на меня. Внимательно без осуждения.