Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 127 – Дора Шабанн

— Маму? — Рус звучит настолько удивленно, что я еле успеваю зажать рукой рот, ибо прорывается нервный смешок.

И в этот самый момент я неожиданно понимаю еще одну вещь: Лада Юрьевна, скорее всего, тоже пресловутая «Хорошая правильная девочка», только маленькая еще. Жаль ее.

Что ж, сына я понимала, такая прелесть милая, удобная, внимательная, заботливая. Как тут можно было устоять?

Поэтому с печальной улыбкой вошла на кухню.

Мальчики переглянулись и начали хором:

— Мам, Влад мне про отца рассказал. Да и про вас тоже.

— Марго, милая, тебе чая или воды?

Хм. Вот это да.

Устроилась на выдвинутом стуле, оглядела накрытый стол. Заценила пожаренную Русом картошку — шедевр, как всегда. И креветки из духовки тоже наверняка хороши, вон, сколько лимона сверху нарезал.

— Пожалуйста, воды, — Владу.

— И что ты думаешь про новости? — сыну.

Да, их переглядывания скоро станут семейной шуткой.

Ой.

Вот это я дала — прямо уже воспринимаю нас вместе, как нечто реальное.

То ли фармацевтические тормоза действуют, то ли терапия, то ли Сашина авария в мозгах обнажила понимание — жизнь полна неожиданностей. Иногда страшных. Таких, что назад не отмотаешь. И любовь, которая видится слишком внезапно привалившей, может столь же скоропостижно закончиться.

Жить полной и счастливой жизнью? Если медлить, то есть вероятность просто не успеть.

Значит выход один — делать это сейчас.

Посмотрела на Влада глазами, полными слез: прошедшие сутки казались сном, мечтой, а ведь я же планировалане так.

А вдруг бы он не приехал? Или ждал от меня первого шага? Или вразумительных объяснений?

Не зря Нинок говорила: «Не тяни! Рита, почему никак не можешь себе позволить просто жить так, как хочется?».

Вот сейчас, здесь, за столом без скатерти, без фамильного фарфора, без роз и не в костюмах находились те двое, что наполняли мою жизнь смыслом, радостью и счастьем.

Почему я не хочу это принять? Мама в детстве говорила другое?

Я уже сама мама!

Да. Я — мама, у меня взрослый разумный чудесный сын. Я сама решаю, что для меня важно, нужно, правильно и допустимо.

Мир перед глазами приобрел невиданную четкость — вот что значит, мозги просветлились. А, это Влад мне опять слезы вытер, хм.

— Мам, что? Тебе плохо? Таблетки? Скорую? — Руслан подскочил и присел у моего стула.

Владимир Львович наплевав на все правила поведения за столом, утащил меня к себе на колени:

— Любимая, все хорошо. Мы здесь. Рядом. С тобой. Дыши, мое сокровище.

Вдохнула. Выдохнула. Взяла салфетку, вытерла слезы — сопли.

— Все в порядке. Просто день такой, видимо. Руслан, не сиди на холодном полу. Влад, давайте закончим с ужином, да обсудим новости и планы.

На редкость послушные, мои зайчики в момент дожевали, что оставалось. Дружно убрали со стола. Влад начал мыть посуду, а Руслан — делать вечернее какао.

А я что? Умилялась.

Потом опять прослезилась.

Сын поставил на стол кружки с какао.

Три.

И эти два чудесных молодых человека, закончив с уборкой, устроились по бокам и воззрились на меня очень уж ожидающими взглядами.

Ну, видимо, слово предоставляют.

Берем, что уж.

— Так, давайте определимся с ближайшими планами, обозначим срочное и важное. Во-первых, Влад сделал мне предложение. Во-вторых, пока мы все обитаем здесь, после окончания учебного года и развода — будем искать новое жилье. В-третьих, завтра Руслан отмывает машину Бенедикта, а Влад разгребает дела на кафедре.