Книга Код Кентавра, страница 3 – Даниэль Кирштейн

Сердце застучало быстрее. Паранойя? Илиэто люди от того самого «доброжелателя», которому она имела неосторожность задолжать пару месяцев назад, связавшись с микрозаймом под грабительские проценты? Тот обещал «напомнить о себе», если она просрочит платеж. Кажется, напомнил.

Они не двигались, просто смотрели. Но их взгляды ощущались почти физически — цепкие, неприятные. Лина резко отвернулась, ускоряя шаг. Идти на собеседование расхотелось окончательно. Да и возвращаться домой, где ее мог ждать не только Харитонов, но и вот такие «напоминатели», было равносильно самоубийству.

Нужно было исчезнуть. Раствориться. Уйти с оживленной улицы, затеряться в лабиринте дворов и переулков.

Не раздумывая, она свернула в ближайшую подворотню — узкую, темную щель между домами, пахнущую сыростью и мусором. Шум улицы мгновенно приглушился, сменившись гулкой тишиной, нарушаемой лишь стуком ее собственных шагов по мокрому асфальту и капелью с ржавых водосточных труб. Она обернулась — преследователей видно не было. Но чувство загнанности никуда не делось. Она бежала. Бежала от долгов, от безнадеги, от серых дней и этих хищных взглядов.

Переулок петлял, превращаясь в сеть проходных дворов, заваленных строительным мусором и старыми покрышками. Лина шла все дальше и дальше, углубляясь в незнакомый район, ведомая скорее инстинктом, чем разумом. Отчаяние смешивалось со странным, почти иррациональным чувством. Предчувствие, которое она ощутила утром, усилилось. Словно этот незапланированный маршрут, этот побег вел ее куда-то. К чему-то.

Она вынырнула в очередной двор-колодец, окруженный глухими кирпичными стенами старых фабричных зданий. Дождь здесь почти не ощущался. Было тихо, мрачно и пустынно. И именно здесь, в самом центре этого заброшенного пятачка цивилизации, она увидела его.

Онлежал у подножия старой, полуразрушенной кирпичной стены, частично прикрытый мокрыми, слипшимися листьями и обрывками какого-то полиэтилена. На первый взгляд — просто мусор. Но что-то заставило Лину остановиться, вглядеться повнимательнее. Это был не камень, не кусок ржавого металла, не выброшенная кем-то деталь.

Предмет был размером с крупный грейпфрут, идеально сферической формы, иссиня-черного цвета, с поверхностью, которая, казалось, поглощала тусклый дневной свет, не отражая его. Ни швов, ни царапин, ни следов обработки.Он выглядел… неправильно. Слишком гладкий, слишком темный, слишком идеальный для этого заплеванного двора. Словно кусочек ночного неба упал на землю и застыл.

Лина сделала шаг ближе, потом еще один, забыв на мгновение о преследователях и долгах. Любопытство, смешанное с неясной тревогой, пересилило страх. Она присела на корточки рядом с находкой, стараясь не касаться ее. От сферы исходило едва ощутимое… ощущение. Не тепло и не холод, скорее вибрация, но не физическая, а какая-то внутренняя, резонирующая где-то на грани восприятия. Воздух вокруг нее казался плотнее, тише. Даже капли дождя, просачивающиеся сквозь невидимые щели в крышах, здесь будто бы падали беззвучно.

«Что за чертовщина?» — подумала Лина, хмурясь. Похоже на какой-то гаджет? Дорогая игрушка, потерянная богатеньким сынком? Или… что-то другое? Она осторожно протянула руку, кончики пальцев замерли в паре сантиметров от темной поверхности. Вибрация стала отчетливее, словно тихий, низкий гул, который она скорее чувствовала кожей, чем слышала ушами.