Книга Код Кентавра, страница 30 – Даниэль Кирштейн

Лина похолодела. Медицинская переработка? Звучало как эвфемизм для чего-то очень неприятного. Лобэктомия? Стирание личности? Утилизация?

— Однако, — продолжил он так же ровно, — ваши аномальные инстинкты сегодня позволили вам обезвредить боевую единицу класса «Цербер» способом, который не пришел бы в голову ни одному кадету или инструктору. Это… любопытно. И потенциально полезно. Если это можно взять под контроль.

Он сделал паузу, его ледяные глаза снова впились в нее.

— Мне все равно, кто вы на самом деле — потерявшая память Каэла Рин, шпионка с промытыми мозгами или аномалия из неизведанного сектора космоса, случайно попавшая в нашу систему. Пока вы носите эту форму и этот идентификатор, вы — кадет Рин, член моего Элитного потока. И вы будете подчиняться моим приказам. Ваше «состояние» меня не волнует. Ваши «инстинкты» будут либо поставлены на службу Академии, либо искоренены.

Он встал из-за стола, высокий, прямой, подавляющий своей аурой власти.

— С этого момента, кадет Рин, вы переходите под мое личное, усиленное кураторство. Ваше стандартное расписание дополняется ежедневными индивидуальными тренировками со мной. Каждый день, после основных занятий. Здесь. На полигонах. В симуляторах. Мы будем оттачивать ваши навыки. Мы будем ломать ваши дикие инстинкты и заменять их дисциплиной. Мы выясним пределы ваших возможностей и вашей… аномальности. Вы будете работать на износ, пока не станете либо идеальным кадетом, либо сломанной куклой. Третьего не дано.

Его голос не повышался, но каждое слово падало, как удар молота. Это было не предложение. Это был приговор.

— Я ясно выражаюсь, кадет?

Лина сидела, ошеломленная. Личное кураторство. Ежедневные тренировки с ним. Ломать ее инстинкты. Выяснять пределы. Это было хуже, чем исключение. Это была изощренная пытка, постоянный контроль со стороны человека, который видел ее насквозь и явно не питал к ней никаких теплых чувств. Но… это был и шанс. Шанс выжить, научиться, стать сильнее. Шанс, которого она могла и не получить.

— Да… да, сэр, — выдавила она, голос был едва слышен.

— Громче! — приказал он резко.

— Да, сэр! Кристально ясно, сэр! — ответила она, заставив себя выпрямиться и посмотреть ему в глаза.

Он кивнул, удовлетворенный.

— Хорошо. Ваше дополнительное расписание появится в вашем комме в течение часа. Провалите хоть одну тренировку, опоздаете хоть на минуту — и последствия вам не понравятся. А теперь — вон из моего кабинета. У вас есть стандартные занятия, которые вы уже рискуете пропустить.

Он отвернулся к панорамному окну, давая понять, что разговор окончен. Лина поднялась на ватных ногах. Она чувствовала себя выжатой, опустошенной, но одновременно в ней горел огонек злого упрямства.Он хотел ее сломать? Что ж, она еще посмотрит, кто кого. Она прошла через многое на Земле. Она пережила переход. Она выжила в первом бою. Она выживет и под его «личным кураторством». Она должна.

Она молча вышла из кабинета, дверь закрылась за ней с тихим шипением, снова погружая ее в безликие коридоры Цитадели. Но теперь у нее была цель. Не просто выжить. А стать сильнее. И, возможно, однажды заставить этого ледяного капитана пожалеть о том дне, когда он решил взять ее под свое крыло.