Книга Хозяйка кафе «Золотой Цыпленок», или Жаркое из дракона, страница 47 – Николь Фенникс

— Вы торгуетесь даже в такой момент? Потрясающе. Согласен. Итак, договорились. Вы получаете публичную защиту и безопасность вашего кафе. А я… получаю возможность показать своим… коллегам по бизнесу новый, ценный экспонат в своей коллекции. И провести небольшую санитарную обработку города.

В его словах не было ничего утешительного. Это был чистый, неприкрытый расчет. Но в этом расчете была определенная честность. Он не обещал быть рыцарем на белом коне. Он был драконом, готовящимся очистить свою территорию от паразитов. И теперь я, добровольно или нет, стала частью этой территории.

— Ториан проводит вас домой задворками, — сказал Каэлен, его взгляд снова стал отстраненным, деловым. — И с сегодняшнего дня, возле «Золотого цыпленка» будут дежурить мои люди. Незаметно. Не беспокойте своих.

Я кивнула. Объяснить Финну, что теперь у нас еще и скрытая охрана, будет непросто, но возможно.

Когда мы с Сорой шли обратно, уже под усиленной охраной, я понимала, что все только усложнилось. Личная игра в кошки-мышки с Каэленом теперь переплелась с опасной городской интригой. Но чувствовала я при этом странную вещь — не парализующий страх, а ясность. Враг был обозначен. Союзник, пусть и опасный и с сомнительными мотивами, — тоже. Битва за свое место в этом мире вступила в новую, открытую фазу.

И в пятницу, на ужине,мне предстояло рассказать дракону историю о дрожжах. Теперь это казалось такой незначительной деталью на фоне того, что нас ждало.

Последующие два дня прошли в напряженном ожидании, наполненном призраками. «Золотой цыпленок» работал как часы, но я чувствовала невидимые нити, натянутые вокруг него. Финн, после моего краткого и мрачного объяснения, стал еще молчаливее и внимательнее. Его взгляд теперь постоянно скользил по залу, останавливаясь на новых лицах, оценивая углы и тени. Он не задавал лишних вопросов, просто взял на точильный брусок свой самый большой разделочный нож и короткий, похожий на тесак охотничий клинок, который обычно висел над камином.

Сора старалась быть бодрой, но я замечала, как она вздрагивала от каждого резкого звука за дверью. Я сама ловила себя на том, что планирую не только меню, но и пути отступления из зала на кухню, а оттуда — в потайной чулан, о котором знали лишь мы трое.

Накануне аукциона пришел Ториан. Невидимый до поры, он явился в сумерки, когда последние посетители уже ушли.

— Мисс Лейн, — он поклонился. — Господин просил передать вам это. Для завтрашнего вечера.

Он протянул большой плоский ящик из темного дерева. Я открыла его. Внутри, на подкладке из черного шелка, лежало платье. Цвета ночного неба — глубокого индиго, переходящего в черный. Ткань была тяжелой, шелковистой, с едва уловимым переливом, словно в нее вплели звездную пыль. Фасон был простым, но безупречным: облегающий лиф, широкие рукава до локтя, расклешенная юбка. Ни кружев, ни вышивки. Только качество и цвет, который говорил сам за себя. Рядом лежала темная шаль из тонкой, почти невесомой шерсти.

— Это… слишком, — пробормотала я, хотя мои пальцы уже потянулись к ткани. Она была холодной и гладкой, как вода в горном озере.

— Господин считает, что это подходит событию, — бесстрастно ответил Ториан. — Вы будете представлять не только себя. Сбор гостей в половине восьмого.