Книга Мой властный дракон, страница 77 – Екатерина Гераскина

Почему он врал? Что он пытался скрыть?

Внезапное понимание того, что вся ситуация может быть гораздо сложнее, чем казалась на первый взгляд, пробежало у меня по спине холодком.

— Вы уверены, что у вас точно нет никаких лекарств для моей мамы? — настойчиво спросила я, пытаясь не выдать свое волнение.

Мадам Бедфорд вновь покачала головой.

— Вы даже можете осмотреть мой дом, — она посторонилась, желая пропустить главу тайной канцелярии вперед. Но Эрик не сдвинулся с места.

— Не стоит. Просим прощения за причиненные неудобства. Но настоятельно вам советую, как только появится отец Марьяны, сообщить мне.

— Конечно.

Потом Эрик дал ей адрес, куда она могла отправить свое сообщение.

Мадам Бедфорд закрыла дверь за нашими спинами.

— А она точно сообщит?

— Я приставлю к ней своего человека.

— Отец и в этом мне врал. Что это значит? Для чего он это делал? — зачастила я, пока Эрик, взяв меня за руку, вел к мобилю.

Дракон взглянул на меня с серьезным выражением лица.

— Мы разберемся с этим позже. Сейчас главное — безопасно довезти твою мать и помочь ей, — его тон был утешающим, но в его глазах я увидела твердость.

Я была растеряна и терялась в мотивах отца.

— А где лекарства? — спросил Феникс, он опирался локтем о капот мобиля.

— Их нет, — коротко бросил Эрик. Джер прищурился. Они с моим драконом вели странную беседу глазами.

Я же была слишком расстроена очередным обманом отца, потому не стала ничего уточнять.

Мы сели в мобиль, и Эрик плавно тронулся с места. Я сжала руку мамы и смотрела в боковое стекло. Огни города немного успокаивали.

Но волнение о неразгаданных тайнах отца все еще витало в воздухе, подобно туману, скрывающему дорогу впереди.

«Что у тебя за секреты, отец?»

Прибыв в дом Эрика, мы осторожно перенесли маму в гостевую комнату. Постель уже была аккуратно застелена, а на тумбочке рядом горела лампа, создавая спокойную атмосферу.

Лорд Фламберг, уехав, обещал, что как только прибудет семейный врач, он присоединится к нам.

Наступила тишина, нарушаемая лишь слабым дыханием мамы.

Эрик разметил маму в гостевой комнате на первом этаже. Он аккуратно её уложил на кровать, а я укрыла теплым пледом.

Мой истинный вышел оставив нас наедине.

Мама лежала на большой и мягкой кровати. Рядом, на тумбочке, мерцал мягкий свет ночника, создавая ощущение тепла и домашнего уюта.

Сидя у кровати, я взяла маму за руку. Её кожа была удивительно тёплой, и это немного успокаивало.

Я разговаривала с ней, хотя она и не могла меня слышать, рассказывала обо всём, что произошло за последние несколько дней.

Мои слова тонули в тишине комнаты, и я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Страх потерять маму мучил меня не меньше, чем непонимание действий отца.

Эрик почти бесшумно вошёл в комнату, как будто боялся разрушить хрупкую атмосферу единения. Его присутствие было успокаивающим. Я аккуратно уложила морщинистые руки мамы поверх одеяла.

Дракон опустился на колени рядом со мной, и его большие, тёплые руки окутали мои. В его голосе чувствовалась забота и поддержка.

— Всё будет хорошо, Марьяна, — шептал он, прижимая мою руку к своим губам. — Я рядом с тобой. Мы вместе справимся. Лекарь скоро приедет, и мама поправится.

Я уткнулась лицом в его плечо, позволяя себе на мгновение отдаться усталости и эмоциям. Моё сердце, колотившееся от тревоги и страха, немного успокоилось.