Книга Парижский роман, страница 78 – Рут Райшл

Мадемуазель Дюзень вернулась с несколькими большими книгами.

– Неплохо бы вам почитать Золя, чтобы получить верное представление об этом quartier[56], – сказала она, положив книги. А затем описала промышленный район, где прачки, кожевенники и рабочие-металлисты ютились в деревянных лачугах между огромными фабриками. По улице текли сточные воды, повсюду валялся мусор, а ветхие домишки были сплошь развалюхами. – Рабочие, у которых детей было слишком много, а денег мало, ночевали на улице, пропивая все свое жалованье, – с пренебрежением истинного буржуа фыркнула мадемуазель. – Впрочем, давайте посмотрим, сможем ли мы что-то найти.

Она открыла картографический альбом и начала его изучать.

– Вуаля! – Она приложила к странице палец. – Номер 39. Дом в шесть этажей, разделенный на множество крохотных квартирок с одной или двумя комнатами. – Она всматривалась в книгу, изучая детали. – В доме имелось заведение под названием «Пивная принца Эжена…». – Морща нос, она повернулась к Стелле. – Это только начало. Надеюсь, скоро я сумею предоставить дополнительную информацию. Недавно Библиотека Моргана в Нью-Йорке приобрела единственную сохранившуюся записную книжку Мане. Она охватывает годы, когда он писал «Олимпию». Я отправила запрос, не упомянута ли в записях ваша модель. Девушки из очень бедных семей шли работать в четырнадцать или в пятнадцать лет, поэтому, возможно, она уже не жила со своей семьей. Возможно, Мане записал в книжку ее адрес. Или сделал небольшую пометку об их встрече, а может, записал даже какие-то ее слова.

– Вы очень любезны. – Стелла и впрямь была тронута. – Спасибо.

Женщина улыбнулась.

– Несправедливо, что история принадлежит мужчинам. Ваше исследование меня интересует. Сейчас я пытаюсь выяснить, сколько раз Викторина выставлялась в Салоне – возможно, не раз. Я сообщу вам результат. Но сейчас вы первым делом должны найти ее свидетельство о смерти.

При мысли, что им снова придется таскаться по приходам Маре, у Стеллы упало сердце.

– Тоже церкви?

Мадемуазель Дюзень покачала головой:

– Нет, это будет намного проще, поскольку теперь у вас есть все необходимые сведения. Я предлагаю обратиться в Парижский архив. Он был создан во время революции, и там хранятся миллионы документов.

– Где это?

– Недалеко отсюда. В «Отеле Субиз».

– Чудесный дворец, где жила принцесса! – Люси запрыгала от радости. – Теперь мы сможем войти внутрь.

Мадемуазель Дюзень проигнорировала ее восторг.

– В свидетельстве о смерти будет указано, где Викторина жила в конце жизни. Если здесь, в Париже, и вы получите ее адрес, то сможете пойти туда, постучать в дверь. Не исключено, что вы найдете ее потомков. Это маловероятно, но не совсем невозможно. Или вы найдете кого-нибудь, кто ее помнит.

– На такое, – сказала Стелла, – я даже надеяться не могу.

На другой день с утра они отправились в «Отель Субиз», где обнаружили того же самого полицейского. Увидев их, он, казалось, не удивился.

– Ну что, пришли посмотреть Салон принцессы? – обратился он к Люси.

– Не совсем. – Девочка задумчиво вздохнула. – Но хотелось бы.

– Самое красивое место во всей Франции, – торжественно сказал полицейский.

Люси и Стелла переглянулись.

– Пожалуйста. – Девочка состроила умоляющую рожицу.